Виконт де Бражелон, или Десять лет спустя. Часть шестая

– Комендант Бастилии подозревает?..

– Ничего.

– Из-за сходства?

– Это причина успеха.

– Но узник, несомненно, попытается объяснить, кто он, вы подумали об этом? Ведь это мог бы сделать я, но мне пришлось бы преодолевать могущество, несравненно более сильное, чем мое нынешнее.

– Я позаботился обо всем. Через несколько дней, может быть, и скорее, если понадобится, мы извлечем нашего пленника из тюрьмы и отправим его в такое далекое изгнание…

– Из изгнания возвращаются, господин д'Эрбле.

– Я сказал, в такое далекое, что всех человеческих сил и всей жизни будет мало, чтобы вернуться.

Глаза молодого короля и глаза Арамиса встретились. В них было холодное выражение взаимного понимания.

– А господин дю Валлон? – спросил Филипп, меняя тему разговора.

– Он сегодня будет представлен вам и конфиденциально поздравит вас с избавлением от той опасности, которой подверг вас узурпатор.

– Что мы с ним сделаем?

– С господином дю Валлоном?

– Мы пожалуем ему герцогский титул, не правда ли?

– Да, герцогский титул, – повторил, странно улыбаясь, Арамис.

– Почему вы смеетесь, господин д’Эрбле?

– Я смеюсь по поводу предусмотрительности вашего величества. Вы опасаетесь того, что бедный Портос может стать неудобным свидетелем, и вам хочется от него отделаться.

– Жалуя его герцогом?

– Разумеется. Ведь вы этим его убьете. Он умрет от радости, и тайна умрет вместе с ним.

– Ах, боже мой!

– Я потеряю хорошего друга, – флегматично сказал Арамис.

И вдруг в разгар их шутливой беседы, которой заговорщики скрывали радость успеха, Арамис услышал нечто, что заставило его встрепенуться.

– Что такое? – спросил Филипп.

– Утро, ваше величество.

– Так что ж?..

– Вечером, прежде чем лечь в эту постель, вы, вероятно, сделали какое-нибудь распоряжение на утро?

– Я сказал капитану мушкетеров, – живо ответил молодой человек, – что утром буду его ждать.

– О, в таком случае он, несомненно, придет, так как он человек весьма исполнительный.

– Я слышу шаги в передней.

– Это он.

– Что ж, начнем атаку, – решительно сказал молодой король.

– Осторожно! Начинать атаку с д’Артаньяна – это безумие. Д’Артаньян ничего не знает, д’Артаньян ничего не видел, он никак не может подозревать нашу тайну, но если он сейчас проникнет сюда первый, он почует, что здесь что-то произошло, и решит этим заняться.