Самый одинокий полярный мишка

Взрослые медведи поздно достигают зрелости, редко рожают и тратят много времени и энергии на воспитание молодняка. Без правильного питания самки теряют вес и рожают меньше малышей, которые к тому же появляются на свет слабыми. Болезненные детеныши вряд ли выживут, поэтому когда исчезает лед, полярный медведь исчезает с ним.

Учитывая угрозы, с которыми сталкиваются их дикие братья, зоопарки уделяют особое внимание заботе о медведях в неволе. Нора была одной из всего двух выживших малышей, рожденных в США в 2015 году.

Ее брат-близнец прожил менее двух дней и умер с пустым животиком. Смотрители решили, что он так и не смог сосать молоко мамы.

Все малыши – и дикие, и живущие в зоопарке – несут бремя своего вида, находящегося под угрозой исчезновения. Эта ноша давила на Нору и ее смотрителей, пока они пытались понять, что же делать с брошенным малышом.

* * *

Девон Сабо первой зашла в берлогу. Нора лежала там одна в свете красной лампы. Ее мама Аврора ушла из маленького помещения и направилась на другую сторону вольера с берлогой.

Смотрители, которые следили за прямым эфиром из трейлера рядом со зданием, понимали, что это последний шанс что-то сделать.

Сабо отошла к дальней стороне помещения с берлогой, держа в руках тарелку корюшки, одного из любимых блюд Авроры. Она взяла рыбу щипцами и позвала медведицу. Она отвлекала Аврору, чтобы та не заметила, как за ней закрылась дверь.

Потом в берлогу зашла куратор Кэрри Пратт. Двигаясь медленно, она тихо закрыла дверь навесным замком.

Когда он защелкнулся, остававшаяся связь между Норой и ее мамой оборвалась.

Глава 2

Судьбоносная охота

Почти за двадцать восемь лет до рождения Норы и в 3615 милях к северо-западу Ген Рекс Агнабугок покинул свой дом на краю инупиатской деревни Уэльс, самой западной общины на континенте Северная Америка.

Он собрал только самое необходимое: теплую одежду, винтовку, сигареты, кофе, а также запасы бензина и еду на тот случай, если где-то застрянет. Стояли последние дни марта, но температура все еще была ниже нуля и морской лед все еще сковывал Берингов пролив.

Отправившись в путь в одиночку, Агнабугок понимал, что никто другой ему не поможет, если что-то пойдет не так.

Мужчина включил двигатель мотосаней и поехал вдоль воды, мимо остатков традиционных домов, построенных из дерна, и новых конструкций из дерева и стали, мимо высокого креста, торчащего из покрытых снегом дюн и отмечающего место, где были похоронены сотни его предков.