Пушкин. Духовный путь поэта. Книга первая. Мысль и голос гения

Эта тема станет одной из внутренних, заповедных тем Пушкина, к которой он будет возвращаться не раз и не два. Но он задумался об этом очень рано. Так рано его гений понял необходимость такого шага для русской языковой картины мира. Любопытно, что он подтверждает наличие этого «метафизического» языка уже в самих письмах Вяземского, и соответственно, в своих ответах ему. Таким образом, письма лучших, образованнейших людей того времени становились площадкой развития многих особенностей русской литературной речи, в том числе и связанной с философствованием.

И наконец, шутливое замечание его о грамотных людях, которые скоро будут «нужны России» отдает глубинной, ледяной серьезностью – никогда Пушкин не забывает об отчизне в самом высоком смысле слова. Вот эта природная, глубинная историчность его сознания, впервые высказывает себя именно в письмах к друзьям, чтобы потом найти себя в «Борисе Годунове», «Капитанской дочке», истории Петра и записках о Пугачевском бунте. Это удивительно, как в самом начале своего творческого пути его ум начинает проникать в самые тайники национального духа, сути жизни отечества.

Сентябрь (после 4) – октябрь (до 6) 1822 г. Л. С. Пушкину. Из Кишинева в Петербург. Перевод с франц.

Ты в том возрасте, когда следует подумать о выборе карьеры; я уже изложил тебе причины, по которым военная служба кажется мне предпочтительнее всякой другой. Во всяком случае твое поведение надолго определит твою репутацию и, быть может, твое благополучие.

Тебе придется иметь дело с людьми, которых ты еще не знаешь. С самого начала думай о них все самое плохое, что только можно вообразить: ты не слишком сильно ошибешься. Не суди о людях по собственному сердцу, которое, я уверен, благородно и отзывчиво и, сверх того, еще молодо; презирай их самым вежливым образом: это – средство оградить себя от мелких предрассудков и мелких страстей, которые будут причинять тебе неприятности при вступлении твоем в свет.

Будь холоден со всеми; фамильярность всегда вредит; особенно же остерегайся допускать ее в обращении с начальниками, как бы они ни были любезны с тобой… Они скоро бросают нас и рады унизить, когда мы меньше всего этого ожидаем.

Не проявляй услужливости и обуздывай сердечное расположение, если оно будет тобой овладевать; люди этого не понимают и охотно принимают за угодливость, ибо всегда рады судить о других по себе.

Никогда не принимай одолжений. Одолжение чаще всего – предательство.