Бьянка. Пять дней сентября

От них меня вывернет.

– Попробуйте, не бойтесь. Никаких лягушек. Или вот чугунок с мясной поджаркой. Острой. Можете расправиться с нею… Вам налить вина?

– Можно воды?

– Бьянка! Воды без газа! Ты забыла воду!..

Бьянка появилась с бутылкой «Пеллегрини». Никак не отреагировав на резкость тона Дирка, она откупорила бутылку, наполнила мой бокал и вышла.

– Вы молитесь перед едой? – внезапно спросил Дирк.

– Нет, Дирк. Только по большим событиям.

– Молитва – полпути к богу…

Дирк сложил руки на груди и закрыл глаза.

– Благодарим тебя, господь, за твои милости к нам, – сказал Дирк.

– Аминь.

Мы принялись за еду. Всё было вкусным.

– Что в портфеле, Иван? – нарушил молчание Дирк. – Для ста тысяч он мал. Для золотых слитков хлипкий.

– Я шёл в банк и взял портфель для солидности. В нём пачка чистой писчей бумаги. Но она понадобится сейчас. Я хочу посмотреть ваши закрытые контракты. Мне нужен образец для оформления формального письма в банк для перевода средств.

– Наши контракты на голландском и итальянском. Вы не разберётесь, Иван.

– Это не важно. Мне нужна лишь форма. Я разберусь. И, если у вас есть, нужна пишущая машина.

– Бьянка! Достань синюю и зелёные папки и положи на стол, – распорядился Дирк вошедшей на его зов красавице. – И расчехли тайпрайтер.

Бьянка нашла в шкафу нужные папки и серую пишмашинку и вышла.

– Дирк, если можно, то после обеда я часок посижу здесь с бумагами. Потом отправлюсь в библиотеку университета и найду там деловую литературу.

– Как у вас всё просто делается, Иван. Мы так быстро не можем.

– Это не просто, Дирк. Я должен сделать так, чтобы дела пошли у меня и моих партнёров, у вас и ваших партнёров, и, наконец, у голландского и советского банков.

– Странно это слышать, Иван. Говорится, что покупатель должен иметь сто глаз, продавец один. У вас наоборот, но ваша позиция мне нравится. Я выпью за ваше здоровье.

– Торгуй правдою, больше барыша будет…

Через полчаса Дирк спустился в гараж, а я сел за рабочий стол изучать бумаги голландского гаража. Сделав выписки, я вышел из конторы в холл, где с книгой в руках перед включённым телевизором сидела Бьянка. Я был столь сильно ослеплён её необычной красотой, что всё вокруг казалось радужным, сказочным.

– Бьянка, данкевел за гостеприимство и за вкусный обед, – впервые обратился я к девушке. – Чуть не проглотил язык.