Обитель служения

И из них нужно просто жить – чтобы не умереть (зачем нужно не умереть – тоже не рассказали).

У нас сначала появляется "Никому нельзя доверять", а лишь потом из этого выводится "Люди злые / плохие / стремятся к собственной выгоде". Аналогично: сначала "Ты будь как все и не отличайся", а потом "Любые отличающиеся опасны и представляют угрозу". Равно как и "Живи для себя" ведет в дальнейшем к "Любые наши цели и устремления всегда в конечном итоге сводятся к собственной выгоде – и по-другому невозможно никак" – ну и прочая ерунда.

То есть, Должное всегда предшествует Сущему. И оно при этом находится как бы выше, за его пределами, формируя наш Мир. Еще было бы полезно отметить, что Должное никак не выводимо из Сущего без наличия какого-то другого Должного. Так, из "Существуют опасные люди" никак не следует, что "Нужно быть готовым к угрозам от них". Если Вы считаете, что, напротив, – следует, то Вы упускаете из виду некоторое Должное, некоторое правило (вероятно, слишком для Вас очевидное), например: "Свою жизнь нужно беречь и защищать".

Теперь нужно задуматься над тем, на что же опираются уже сами правила, которым нас так упорно учат (типа "Жизнь – высшая ценность" или "Нужно жить ради счастья"). Если Вы попробуете это все "раскопать", то на глубине Вы будете встречаться… снова с правилами, но уже более широкими (типа "Нельзя, чтобы было зря!"). И так, двигаясь все глубже и глубже, шаг за шагом, мы в конце концов выйдем на некую Сверхценность, которую назовем Идеей.

Таким образом, даже самые основы основ – тоже про Должное. Все начинается с них, и Мир мы описываем тоже глядя на Должное. В общем, человеку не остается ничего другого, кроме как самому выбирать, назначать Должное. А если оно является точкой отсчета для описания Мира, то разве это не является как раз назначением Истины? Да, придется совершать такие вот новые выборы.

И вот в этот момент можно подумать, что сознательно выбирать и сознательно назначать такие истины самостоятельно – это нечто совершенно необычное, равно как и дикое.

Но тогда вспомним и вернемся к неупомянутому выше, оставленному без внимания, третьему мировоззрению, давно существующему наряду с научным и эзотерическим.

Ученый превыше всего ставит сами по себе методы познания.