Почему ты не замужем?

Днём кошка нелюдимо отсыпается в укромном месте – скорей всего, на печке, чтоб ночью были силы на новую охоту. С хозяевами эта кошь скорей сотрудничает, чем их любит, в руки не идёт, но от неё ничего подобного никто и не ждёт: хищница же. Котёнка от такой надо брать уже подрощенного, чтоб мама-кошка всему необходимому уже научила. А если нужен ласковый котёнок в дом, обожающий и ручки, и коленки, и детей, то брать его надо совсем от другой кошки – домашней, доброй, ласковой мурлыки, и при этом – как можно раньше, чтоб семьёй он считал не котов, а людей.

Правда, на крыс такой охотиться не будет – и не умеет, и боится, но он ведь и берётся не для этого.

Животных в то время не стерилизовали – не было ещё такого в принципе, поэтому плодились они как минимум раз в год, пока здоровье позволяло. Ну и куда их? От каждого помёта обычно оставляли максимум по одному котёнку, а остальных попросту топили. Отбирали счастливчиков по-разному: если нужен был котёнок определённой расцветки, то оставляли его, если нужен был умный, то клали слепых ещё котят на стол и оставляли только того, кто, ползая в поисках мамкиной сиськи, у края стола тревожно останавливался и не падал.

Слабых и нежизнеспособных кошь и сама даже кормить не будет – или приспит, или выбросит из гнезда. Такая вот котёночная Спарта.

Такой спартанский отбор приводил к тому, что совсем дураков среди кошачьих в деревне просто не было. Не выживали. Знаю даже пример, как в одной семье кошке была выделена табуретка с подушкой в передней возле двери, и кошь дальше этого табурета в дом не ходила: знала, что нельзя.

Хозяйка довольно здраво рассуждала, что крысоловка в поисках добычи где только не ползает, и нечего носить по дому грязь, а вот как она смогла донести это до кошки – только им одним известно, потому что других таких примеров деревня не видела. Ну какая печь без кошки на ней? Уму непостижимо.

К тому, что котят топят ещё слепыми, все кошки относились по-разному: кто-то просто бегал везде в поисках своих пропавших детей, с надеждой заглядывая в глаза всем, кто мог их видеть; кто-то даже не искал – родила и пошла дальше по своим делам, всё равно по возвращению уже никого в коробке не будет; а кто-то довольно быстро соображал, что к исчезновению котят явно причастны люди, и гнездовался кто где мог, лишь бы от благодетелей своих подальше.

Котят, уже открывших глазки, не топили, а пытались раздать, если поймают, или если мама-кошка сама свой хвостатый выводок знакомить приведёт.