Тому, кто ищет (переписка с читателями)

Я скажу, что если вам удастся окунуться в проблемы любой российской семьи, вы найдете там и болезни, и загадочные убийства, – если не брата или сестры, то дальнего родственника или соседа по парадной, – а уж что касается злейших врагов среди друзей и близких, у вас найдется множество сочувствующих, которые добавят вам душераздирающие истории из своей личной жизни. Ваши несчастья – это иллюстрация несчастий всех, кто живет в этой стране.

Что касается терзаний вашей матери по поводу невозможности съездить на могилу дочери, то передайте ей, что дочери совершенно безразлично, навещает ее кто-нибудь на кладбище или нет, потому что ее душа давно находится в другом месте: сейчас ей важна память о ней, а не посещение ее могилы.

Казахстан, конечно, уже никогда не вернется в Россию, подобно тому, как рожденный ребенок уже никогда не вернется в лоно матери. Самое разумное, что может сделать Россия, как мать, в отношении отпочковавшихся от нее государств – дружить и сотрудничать с ними.

Пребывая в составе России, а потом – Советского Союза, Казахстан, – эта степная территория, не имевшая даже своего алфавита, – получил сильный толчок для своего развития. Благодаря поддержке «матери», он развил экономику, культуру, государственность, а казахский народ стал сознавать себя отдельной нацией. С общечеловеческой точки зрения, это хорошо. Но для русских, живших в национальных республиках, распад советской империи создал, конечно, многочисленные личные проблемы.

Совет вам один: не падайте духом и, сколько можете, боритесь с несчастьями. Бог помогает борющимся, а вера в проклятия и карму ввергает в пассивность.

Велика Россия, а отступать – некуда… За нами – прошлое, которое предстоит понять и осознать, чтобы двигаться дальше…

Сейчас в России бесполезно говорить власти о моральной подоснове человеческой жизни. Бесполезно говорить о том, что надо прекратить лгать.

Также бесполезно взывать к власти о милосердии. Пример гибели подводной лодки «Курск» это доказывает. Никогда раньше в России не хоронили людей, не убедившись в их смерти. Православная церковь еще никогда не читала заупокойные молитвы по человеку, о котором неизвестно, умер он или жив.