Сальватор. Книга II

– Я никогда не ошибался, – сказал Сальватор. – Девочку попыталась убить женщина. И эта женщина – мадам Жерар, или скорее Урсула.

И он высоко поднял ярко-красный корсаж. А Брезил с громким лаем принялся прыгать, чтобы достать его.

Генерал стоял неподвижно, поражаясь совпадению мыслей Сальватора и его собаки.

– Видите, – продолжал Сальватор, – в этом нет никаких сомнений.

Затем, убедившись в своих предположениях, он, уложив этот корсаж обратно в комод, установил, как смог, деревянную крышку и накрыл все мраморной плитой.

Собака рычала так, словно у нее отняли самую аппетитную кость.

– Ладно, ладно, – сказал Сальватор Брезилю. – Прекрати! Ты сам понимаешь, что мы еще вернемся сюда, мой храбрый пес! Но теперь самое главное – найти гувернантку. Давай ее искать!

Собака, рыча, вышла из комнаты. Но, оказавшись на лестничной клетке, она принялась за поиски и вскоре остановилась перед последней дверью в коридоре и принялась звать на помощь.

– Вот мы и у цели, генерал, – сказал Сальватор, направляясь к двери, перед которой лаял Брезил.

А затем, обращаясь к собаке, сказал:

– Там кто-то есть, не так ли Брезил?

В ответ собака залаяла еще громче.

– Итак, – сказал Сальватор, – если полиция не занимается своим делом, придется выполнить это дело вместо нее.

Затем, обращаясь уже к генералу, добавил:

– Возьмите фонарь, генерал, и не мешайте мне.

Генерал взял фонарь. А Сальватор в это время опоясался белым поясом, который в то время являлся признаком комиссаров полиции, судейских и служащих министерств.

Потом, постучав в дверь, произнес:

– Именем короля!

Дверь открылась.

Увидев входящего в комнату человека в черном и решив из-за белого шарфа на поясе, что это – комиссар полиции, женщина, находившаяся в комнате и открывшая дверь в одной ночной рубашке, рухнула на колени посреди комнаты и воскликнула:

– Иисус! Мария!

– Именем короля, – снова сказал Сальватор, – вы арестованы, женщина!

Та, к кому были обращены слова Сальватора и в чью сторону была протянута его рука, была старой девой лет пятидесяти – шестидесяти.

Рядом с ней Броканта показалась бы Венерой Милосской.

Она закричала от страха, а Брезил, которого ее крик, вероятно, вывел из себя, ответил тоскливым и протяжным воем.

Сальватор стал пытаться найти в окружавшей его темноте какую-то связь между этим отвратительным созданием и воспоминаниями из его прошлой жизни.