Сальватор. Книга II

– Это плохая поговорка, Жан Торо. Она защищает жизнь мошенников.

– Ах, да!.. Но если вы не хотите, чтобы он жил, мсье Сальватор, – снова произнес Жан Торо, делая жест, словно он нажимает большим пальцем на горло другому человеку, – вам надо сказать только слово, сами понимаете.

– Несчастный! – произнес Сальватор, будучи не в силах сдержать улыбку при виде этой слепой преданности.

– Вы этого не хотите? Тогда не будем больше об этом, – сказал Жан Торо.

Сальватор уже направился было к Туссену Лувертюру и генералу, стоявшим рядом с лошадью, на которой сидел связанный молодой граф.

Но Жан Торо остановил его.

– Кстати, мсье Сальватор…

– Что еще?

– Когда мы должны будем его отпустить?

– Послезавтра в это же время. И позаботьтесь не только о человеке, но и о лошади.

– Позаботимся, мсье Сальватор, обязательно позаботимся, – сказал Жан Торо. – Будьте уверены, лошадь более человека стоит, чтобы о ней позаботились!

– В полночь вы поставите оседланную лошадь перед дверью хижины.

– А потом мы должны будем вернуться в Париж?

– Да, вы вернетесь домой, и ты, Жан Торо, отправишься на работу, словно ничего и не произошло. И Туссену Лувертюру скажешь, чтобы он сделал то же самое.

– И это всё?

– Всё.

– Работа несложная, мсье Сальватор!

– И, главное, честная, дорогой мой Бартелеми. Твоя совесть должна быть поэтому спокойна.

– Ну, уж коли вы в этом деле приняли участие, мсье Сальватор…

– Спасибо, милый!

– В таком случае, в путь, господин граф! – сказал Жан Торо.

– Ну, трогай! – сказал Туссен Лувертюр, похлопывая одной рукой коня по шее, а другой потянув его за удила.

Жан Торо встал с другой стороны лошади, и оба могиканина, составив эскорт господина де Вальженеза, тронулись в путь в направлении стоявшей у реки хижины.

Издалека при свете луны лежавший поперек седла связанный господин де Вальженез был похож на Мазепу.

– А теперь, генерал, – сказал Сальватор, – давайте закроем решетку и займемся делом мсье Сарранти.

Закрыв с помощью генерала решетку ворот, Сальватор позвал Роланда. Но Роланд исчез: какая-то непреодолимая сила тянула его к скамье.

Сальватор снова позвал, на этот раз более повелительным тоном и назвав пса уже не Роландом, а Брезилем.

Пес, грустно повизгивая, появился из темноты. Было видно, что его оторвали от очень приятного занятия.