Роман о Виолетте

Автор не стесняется говорить ни о собственной мужественности, ни о женственности своих возлюбленных.

Итак, читателю романа предоставляется возможность убедиться в справедливости знаменитого высказывания Дюма: «античные статуи, как и все истинное, нередко бывают обнаженными, непристойными же – никогда».

ПРЕДИСЛОВИЕ ОТ АВТОРА

Порой мне кажется, что я провел на земле не одну тысячу лет и что бесплотный мой дух, вобрав в себя целую череду человеческих судеб, переселился на Марс, где пребывает и поныне.

– Обрел ли он счастье, покинув нашу юдоль слез? – спросят себя те, кто остался скорбеть на Земле.

– Вовсе нет, поверьте! Хотя пребывать на планете, где я теперь нахожусь, неоспоримо лучше, ничто меня здесь не радует.

Со мной случаются приступы хандры, я оглядываюсь назад; именно в одну из таких печальных минут я взялся за перо, пытаясь запечатлеть на бумаге лучшие воспоминания былых лет.

Должен признаться моим будущим читателям, что в своих земных воплощениях я был великим грешником.

Та, что пробуждает сегодня мои дремлющие чувства, проносящиеся лишь, увы, легким поэтическим облачком в воздухе, которым я сейчас дышу, носила на земле благозвучное имя Виолетта. Рядом с ней я познал радости рая, обещанные Магометом самым горячим своим почитателям; смерть ее была для меня горчайшей утратой.

Никому не ведомо, кого скрыл я под этим красивым псевдонимом.

А значит, я волен откровенно описать историю нашей любви! Поистине, она неповторима!

Все же с моей стороны было бы осмотрительно предварить эту книгу одним замечанием, прежде чем доверить любовному зефиру принести на стол отважного издателя повествование, не предназначенное для юных девиц.

Целомудренные читатели, боязливые читательницы, страшащиеся назвать кота – котом, а Роле – мошенником, остановитесь вовремя: я писал не для вас.

Пусть лишь те, кто понимает, любит и использует сладчайшую науку, именуемую Наслаждением, следуют за мной.

ГЛАВА I

В пору моего знакомства с Виолеттой мне минуло тридцать лет.

Я жил на пятом этаже достаточно внушительного дома на улице Риволи. Наверху в бесчисленных комнатенках обитала прислуга и молоденькие мастерицы, работавшие у хозяйки магазина дамского белья (ее магазинчик до сих пор сохранился на нижнем этаже за колоннадой).