Шамиль – имам Чечни и Дагестана. Часть 2

Повторяя тоже самое еще пять раз, он шептал молитвы: то была просьба о благоприятном принятии этих жертв, приносимых ради отпущения грехов его собственных, и грехов его жен и трех малолетних дочерей. Высыпав шестой гарнец, Шамиль передал его Гази-Магомету, который таким же порядком всыпал в мешок два гарнца за себя и за отсутствующую жену. Магомет-Шеффи и оба зятя сделали тоже самое. Наконец, гарнец перешел в руки мюридов, которые, всыпав в мешок по одному гарнцу за себя, передали его опять Шамилю.

Окончив жертвоприношение, Шамиль передал мешок с пшеницею и финиками ссыльным горцам, которые в этом действие не участвовали, так же как и женщины и все прочие мусульмане, посторонние здешнему дому.

Этим заключалось празднование в Калуге Байрама. Предшествовавшим постом мусульмане очистили себя от грехов; но независимо того, религия предлагает поститься еще в продолжение шести дней, начиная на другой же день Байрама, который празднуется.

Говение это есть Суннат, требование не обязательное, но очень соблазнительное по тем обещаниям, которые оно сулит: мусульманин, исполнивший это требование, получит прощение в шестидесяти грехах; и кроме того, каждое доброе дело, сделанное им в продолжение этого времени, будет принято как шестьдесят добрых дел. Тем не менее, из всех горцев, только Шамиль да Гази-Магомет изъявили желание держать шестидневный пост.

18-го апреля. Догадка, которую я позволил себе сделать в февральском дневнике, относительно косвенного участия Зейдат в преждевременном падении Кавказа, сегодня подтвердилась устами мюрида Хаджио и, таким образом, получила в известной степени значение факта.

Разговаривая со мною о том, что, по его мнению, может теперь случиться с Кавказом и с его обитателями, Хаджио совсем неожиданно сказал: – А ведь Государь не всех наградил за «нашу» войну!

На вопрос мой – кого же он еще не наградил, Хаджио отвечал вопросом же, до которых все горцы большие охотники.

– Государь сделал фельдмаршалом нашего сардара? (кн. Барятинского).

– Сделал.

– За что он сделал его фельдмаршалом?

– За то, что совсем покорил Чечню и Дагестан.

– Так, но за это следовало сделать фельдмаршалом еще одного человека.

– Кого же?

– Нашу Зайдат.

– Это почему?

Объяснение Хаджио заключало в себе сущность того, что уже изложено мною в февральском дневнике.