Шамиль – имам Чечни и Дагестана. Часть 2

Не взирая однако на всегдашние напоминания и поучения, жители Арабистана не только не оставляли преступного своего поведения, но укрепляясь в грехе, побуждали посланника Божия на проповеди более суровые, обратившись под конец в угрозы и обещания вызвать на преступников возмездие свыше. Но вместо покаяния и исправления, жители Арабистана совсем оставили Бога и до того предались разврату, что привели пророка в ужас и негодование и он, убедившись в бесполезности своих увещаний и необходимости наказания преступных людей, – начал молить Бога о ниспослании на них кары.

Тогда Бог приказал подняться такой сильной буре, что действие ее были раскрыты все дома и подняты на воздух бывшие там люди. Порывистые вихри долгое время носили преступников по всей стране, и не затрудняясь встречными препятствиями, продевали их сквозь всякие отверстия в домах и деревнях также свободно, как нитка продевается сквозь ушко иглы. Гнев Божий окончился только с истреблением всех людей и всего, что было ими создано.

Рассказ этот сопровождался большим одушевлением, заметным как в словах, так и в жестах Шамиля. Он закончил его вопросом: можно ли, после этого, решится начать в столь несчастный день такое далекое путешествие, какое предстоит Гази-Магомету и о которое к тому же имеет в своем основании весьма неблагоприятное для него условие, именно: самую тяжелую неизвестность.

Не надеясь опровергнуть такого довода, я вполне согласился с Шамилем, чем по-видимому доставил ему большое удовольствие.

8-го мая. Сегодня, прогуливаясь с Шамилем в саду, я, между прочим, заметил, что теперь в нашем доме сделалось как-будто пусто и что это конечно произошло вследствие отъезда многих хороших людей. Шамиль улыбнулся, и очень спокойно ответил:

А хоть бы они все уехали. Для меня это решительно все равно: если будут со мною жены и мои книги, то, как бы пустынно не было то место, где я буду жить, – оно для меня никогда не будет пусто.

Стр. 1432 …Затем он завел разговор о Гази-Магомете и выразил при этом опасение на счет увлечений, к которым оп по молодости лет способен, и которые могут подвинуть его на какой-нибудь необдуманный поступок.

Такого рода опасение уже было высказано Шамилем однажды зимою, во время поездки Гази-Магомета в Темир-Хан-Шуру. Но тогда он опасался необдуманного поступка со стороны Гази-Магомета в случае невыдачи Даниель-Султаном дочери, теперь же оно возбуждено совсем другим предметом.