Мир наизнанку. Книга для тех, кто не разбирается в людях

А еще лучше, делайте, что там написано. Хотя это снова утопия, понимаю. Конец рекламного блока.

Вообще, оценивание – это процесс выделения из общего потока сигналов наиболее важных по не вполне понятному признаку. С единственной целью – оценить степень опасности или полезности происходящего и предсказать поведение всех участников: могу я это съесть, или это собирается съесть меня? Таким образом, безоценочность – это восприятие всего спектра сигналов, без первичного деления на полезные и бесполезные. И это штука вообще бесполезная с точки зрения выживания.

Даже наоборот. Поэтому родители, дрючащие ребенка достигаторством и контролем, как бы очень способствуют его выживанию. Правда, убивают желание жить, но это всплывает не сразу…

Если совсем просто: безоценочное восприятие – это когда я смотрю, вижу, не оцениваю и не вмешиваюсь, но и не отворачиваюсь, а продолжаю смотреть и видеть. В противоположность двум оценочным позициям:

а) посмотрел, оценил как важное, вмешался;

б) посмотрел, оценил как не важное, отвернулся.

Вот это безоценочное восприятие – это такой хитрый навык, что я не встречаю его в обычной жизни почти совсем. Зачем же он нужен? А вот зачем.

Только он дает возможность увидеть внутренний мир другого человека. Не с позиции хищника или еды, потребителя или источника потребления, но так, как он видел бы его сам, изнутри себя. Увидеть реальность другого человека глазами другого человека. Его реальность его глазами. Не моими. И спустя какое-то время, весьма значительное, увидеть свою собственную реальность своими собственными глазами, что вообще невероятно круто.

Но в парадигме родитель-ребенок каждый учится моделировать поведение партнера и влиять на него. А для этого, нужно:

– либо смотреть на себя глазами партнера, чтобы предсказать его поведение по отношению ко мне;

– либо заставить его смотреть на себя моими глазами, чтобы навязать нужное мне поведение.

Таким образом, родитель видит чужую (ребенка) реальность своими глазами, а ребенок видит свою реальность глазами чужими, т.

е. родителя. Или наоборот. В обоих случаях восприятие вывернуто наизнанку и перекручено. Родитель и ребенок как поведенческие роли просто не способны видеть иначе. Их «отношения» этим исчерпываются.

Свою реальность своими глазами не видит ни один из них. Реальность партнера глазами партнера тоже не видит ни один из них. Любовь, говорите? Да они оба селективно глухи и слепы, и по факту, вообще не знакомы. Ни друг с другом, ни сами с собой.