Проект «Украина»: из прошлого в будущее

Впрочем, внешние войны – с турками и татарами – продолжались. В 1695 году Мазепа и русский воевода Борис Шереметев взяли крепость Кизикирмен в верховьях Днепра, и эта победа сделала гетмана очень популярным в Европе, а в 1696-м полки Мазепы помогли армии Петра Первого взять Азов. Даже успешные, эти войны были крайне разрушительными для Гетманщины: многотысячные армии проходили эту территорию насквозь, а в Гадяче, Переяславе, Чернигове, Нежине и даже Батурине стояли русские войска, которых нужно было кормить и содержать.

В казацких кругах нарастало недовольство чрезмерно преданным Москве гетманом, которому, к тому же не забывали и его службу у «ляхов». Еще в 1692 году Петр Иваненко (Петрик), служивший в гетманской канцелярии, бежал на Сечь и, развернув антимосковскую и антимазеповскую пропаганду, объявил себя гетманом. Петрик обещал защиту «простым людям», которых он освободит «от москалей и своих панов», он убеждал других казаков в том, что за ним пойдет вся Украина. Многие относились к идеям Петрика сочувственно.

Однако поведение призванных им татар, которые начали грабить местных жителей, быстро охладило симпатии к повстанцу. Мазепа приложил множество усилий, чтобы подавить это восстание.

Ивана Мазепу устраивало покровительство доверявшего ему, не слушавшего никаких доносов (а они поступали в изобилии) Петра Первого. Гетман был государевым любимцем, даже орден Андрея Первозванного он получил раньше, чем А.Д. Меншиков, да и сам Петр. Даже на донос генерального судьи Василия Кочубея об измене Мазепы, который (уже не первый по счету) судья отправил в Москву в 1708 году, Петр Первый отреагировал вовсе не в пользу доносчика – все знали о давней вражде Кочубея и Мазепы из-за соблазненной гетманом крестницы, дочери Кочубея Матрене[43 - Эта история легла в основу романтической поэмы А.

С. Пушкина «Полтава».], – и отправил разбираться с доносом друзей Мазепы Петра Шафирова и Гавриила Головкина. Кочубей и его соратник полковник Иван Искра были подвергнуты пыткам, а после обезглавлены неподалеку от Киева.

В общем благополучию Мазепы при Петре Первом ничто не угрожало, однако события в Европе развивались таким образом, что Мазепа испугался наступления шведского короля Карла XII на украинскую границу. Власть гетмана держалась на московских штыках, и в случае поражения России ему бы пришлось несладко.

Историки не знают точной даты начала сепаратных переговоров Мазепы с польским королем Станиславом Лещинским, которого поддерживали шведы.