Истории для кино

Но за долгие годы своей деятельности Леонид Осипович спел столько бодрых, призывных, патриотических, в общем – подлинно советских песен, что и партия, и комсомол уже давно и справедливо считали его своим. Вот и нынче партия – пусть несколько запоздало – но все же увенчала его высоким званием народного артиста. А комсомол явился сюда, чтобы поздравить юбиляра.

У микрофона – два типичных комсомольских работника шестидесятых годов: одинаковые костюмы с галстуками, одинаково открытые лица, одинаково светлый взгляд, одинаково белозубая улыбка.

– Дорогой Леонид Осипович! – говорит первый. – Комсомол всегда считал и считает вас своим полноправным и действующим членом!

– Спасибо, не ожидал, – без тени улыбки отзывается Утесов.

Дита слегка качает головой, укоряя неугомонного одесского хулигана-отца.

А второй комсомолец поспешно уточняет:

– Мы, конечно, имеем в виду – почетным членом!

– А-а-а, – Утесов несколько разочарован.

– Мы же понимаем, что вы просто не могли состоять в рядах комсомола в невыносимых условиях царизма.

– Никак не мог, – сокрушается Утесов.

– Но ваши песни всегда были нашими! – продолжает первый. – На этих замечательных песнях выросло не одно комсомольское поколение.

– И не только выросло, – подхватывает второй. – С вашими песнями не одно поколение комсомольцев уходило на труд и на бой!

Взгляд Утесова теряет насмешливость, серьезнеет, заволакивается воспоминаниями…

И кто знает, может быть, звучит в его душе давняя любимая песня:

Дан приказ ему на запад,

Ей в другую сторону.

Уходили комсомольцы

На Гражданскую войну.

ОДЕССА, 1918 ГОД

События в России сменялись с головокружительной быстротой: солдаты возвращались с фронтов Первой мировой, большевики возвращались из эмиграции, царь Николай отрекся от престола, в Петрограде произошла Февральская революция – практически бескровная. Потом грянула революция Октябрьская – уже более кровавая в Петрограде, а в Москве – кровавая ужасно. И началась Гражданская война.

В Одессе революционная организация «Румчерод» призвала одесский пролетариат к восстанию. Рабочие заводов Анатра, Гена, Шполянского вышли на улицы с оружием в руках. Самые горячие события происходили на привокзальной площади – как раз там, где снимала квартиру семья Лёди.

Стрельба начинается на рассвете. Лёдю, Лену и маленькую Диту, спящих в кровати, укрывшись одеялами и пальто, будят раздающиеся за плотно занавешенными окнами взрывы и крики.