Юность длиною в сто лет. Читаем про себя. Молодежь в литературе XX-XXI вв.

…Когда-то на Земле разразилась Великая Двухсотлетняя война, в результате уцелевшие люди поделились на тех, кто остались дикарями в природе, и тех, кто укрылся за Зеленой Стеной городской цивилизации. Здесь создано совершенное Единое Государство, граждане которого отказались от имен и носят золотистые жетоны с «нумерами», живут в стеклянных домах со стеклянной мебелью, на любовные свидания ходят строго по расписанию и сообразно предварительной заявке. Все здесь рационально до предела, и единственное, чего не хватает правителю – это насадить такой же совершенный порядок в других галактиках, «просчитать всю Вселенную».

Увы, и в Едином Государстве люди остались людьми: они продолжают внепланово любить, внепланово интриговать, внепланово стремиться к свободе. Главный герой романа гениальный инженер Д-503 влюбился в жилистую актрису I-330 с улыбкой, похожей на укус, а она оказалась революционеркой, хочет взорвать Зеленую Стену и выпустить на свободу «счастливых» обитателей Единого Государства…

Высокотехнологическими средствами своего искусства Замятин (сам инженер-кораблестроитель) показал: натура человеческая сопротивляется всякому насильственному социальному инженирингу, такое сопротивление – «в природе людей».

Автор (между прочим, по убеждениям социалист) угодил в ахиллесову пяту советской идеологии. Он доказывал, что революции и гибель так же актуальны для любого нового «совершенного» общества (в том числе, и для нарождавшегося СССР), как и для «проклятого старого мира».

Ясно, что такой роман до советского читателя не дошел, а сам автор умер в эмиграции.

Цитаты

«Через 120 дней заканчивается постройка ИНТЕГРАЛА… стеклянным, огнедышащим, электрическим ИНТЕГРАЛОМ проинтегрировать бесконечное уравнение Вселенной. Вам предстоит благодетельному игу разума подчинить неведомые существа, обитающие на иных планетах…»

«Она была в фантастическом костюме древней эпохи: плотно облегающее черное платье, остро подчеркнуто белое открытых плечей и груди, и эта теплая, колыхающаяся от дыхания тень между… и ослепительные, почти злые губы».

«Закрывши глаза, я мечтал формулами».

«В древнем мире – это понимали христиане, единственные наши (хотя и очень несовершенные) предшественники: смирение – добродетель, а гордыня – порок, и что «МЫ» – от Бога, а «Я» – от диавола».