Битва при Молодях. Неизвестные страницы русской истории

Опричники пересчитали соболиные шкурки, упакованные в холщовые мешки по двадцать штук в каждом, князь расписался за полученное добро в большой амбарной книге и дал команду слугам грузить его на сани.

Во время погрузки тюков на сани во дворе Казенного приказа к обозу подъехал на огромном вороном коне один из самых влиятельных в рядах опричников, да и во всей стране людей – Григорий Лукьянович Скуратов-Бельский. За глаза его звали «Малюта», поскольку был он маленького роста и часто повторял фразу «Молю тя» – старинный аналог нынешнего выражения «Я тебя умоляю».

Скуратов был выходцем из мелкого дворянского рода. Попав в опричнину, он быстро выдвинулся на поприще борьбы с боярскими заговорами: охотно расправлялся с врагами царя, не брезговал собственноручно пытать обвиняемых и казнить осужденных. Наряду с реальными заговорами он часто инсценировал мнимые, чтобы показать Ивану Васильевичу свою преданность и заботу о благе государства.

Недавно Скуратов был введен в Боярскую думу думским дворянином – боярского звания царь ему все же не дал.

Тем не менее, он обладал очень большим влиянием, поскольку был необычайно искусен в придворных интригах и в умении влиять на решения царя.

Вместе с Малютой к Казенному приказу на белом коне подъехала молодая девушка в белой песцовой шубе и с распущенными поверх дорогого меха ярко-рыжими волосам. Девушка была невысокого роста, худощавая, с волевым лицом, колючими как у отца глазами. Глаза ее были разного цвета: один голубой, другой карий.

Время от времени рыжая всадница поджимала тонкие бесцветные губы и немного поводила при этом голову: слева направо и немного вверх. Таким образом она подсознательно показывала свое презрительное отношение ко всем окружающим.

Присмотревшись, Хворостинин узнал в рыжеволосой девушке дочку Григория Лукьяновича – Екатерину. Она была еще не замужем, и отец часто брал ее с собой в разъезды по Москве и в Александровскую слободу. То ли искал ей так подходящего жениха, то ли знакомил наиболее смышлёную наследницу со своими делами, поскольку сыновей у него не было.

Скуратов подъехал вплотную к стоявшему возле саней Хворостинину, но не поздоровался с ним, хотя знал по длительной совместной монашеской жизни в Александровской слободе.

Так и оставаясь в седле, Скуратов спросил князя:

– В Смоленск едешь? Андрея Шуйского снимать? Смотри, он из могущественного княжеского рода – потомок Рюриковичей. Как бы последствий каких плохих не было лично для тебя.