Крым глазами писателей Серебряного века

С другой стороны, отправьтесь от моря, с его дельфинами, кефалью, устрицами, крабами и полипами, через теребинты и кипарисы берега, через леса шелковиц и орехов, одевающие южные скаты, через сосновый высокоствольный бор, приютившийся еще выше, в буковые и грабовые леса яйлы и потом в низкорослую поросль можжевельника, одевающую вершины, в их заоблачные пастбища, с снеговыми пещерами, не тающими круглое лето, – и вы воочию познакомитесь почти со всеми поясами земной растительности, с фауной моря, леса и гор, не сворачивая с какого-нибудь одного Узеньбашского перевала…

Проезжая внимательным наблюдателем по дорогам Южного берега, вы, не слезая с коня, читаете целый практический курс геологии, потому что у вас на глазах вся жизнь и история горного хребта, поднявшего из недр земных свои куполы диорита и порфира, перевернувшего мимоходом нептунические пласты, где совсем вертикально, где углом, где самыми капризными изгибами, прокалившего также мимоходом слои глины в хрупкий и звонкий грифель огнем своей расплавленной массы…

Вы можете несколько лет изучать по книгам геологию в черноземной равнине России и не получить десятой доли того ясного и наглядного представления о ней, какое дается вам несколькими часами езды по природному геологическому музею горного Крыма.

Русскому Крым вдвое интереснее, чем всякому другому. Кроме того, что он «свой», кроме того, что жителю однообразной и голой равнины особенно в диковинку всё это крымское разнообразие и вся эта крымская живописность, – русскому Крым еще интересен исторически.

В Крыму совершались подвиги его первых князей, подвиги его удалого казачества, первые смелые шаги ее торговли. В Крыму началось русское христианство, в Крыму несколько веков гнездился грозный враг России, сосавший ее кровь, обращавший южные области России в безлюдную пустыню и так долго не дававший необходимого ей доступа к южным морям… Словом, почти всё тысячелетие своей истории Россия была тесно связана с Крымом в своих судьбах – связана славою и страданиями, торговлею и войною…

Когда грубые французские воины XV века впервые «открыли» утонченную роскошную Италию, с ее райским климатом и чудными памятниками искусства, они, конечно, не почувствовали так сильно разницы между тем, что они знали прежде и что открылось вдруг перед ними, как чувствует это житель русского поля, русского леса, попадая в горный Крым через волшебные перевалы Чатырдага или Байдара.