На нашем ресурсе вы можете полностью погрузиться в мир книги «Литературная черта оседлости. От Гоголя до Бабеля» — читайте её онлайн бесплатно в полной, несокращённой версии. Если предпочитаете слушать — воспользуйтесь аудиоформатом; хотите сохранить — скачайте через торрент в fb2. Жанр произведения — Знания и навыки, Учебная и научная литература, Зарубежная образовательная литература. Также на странице доступно подробное описание, авторская аннотация, краткое содержание и живые отзывы читателей. Мы постоянно пополняем библиотеку и улучшаем сервис, чтобы создавать лучшее пространство для всех ценителей качественной литературы.
Литературная черта оседлости. От Гоголя до Бабеля

Автор
Дата выхода
14 ноября 2022
🔍 Загляните за кулисы "Литературная черта оседлости. От Гоголя до Бабеля" — аннотация, авторский взгляд и ключевые моменты
Перед погружением в полный текст предлагаем познакомиться с произведением поближе. Здесь собраны авторские заметки, аннотация и краткое содержание "Литературная черта оседлости. От Гоголя до Бабеля" — всё, что поможет понять глубину замысла и подготовиться к чтению. Материалы представлены в оригинальной авторской редакции (Амелия М. Глейзер) и сохраняют аутентичность произведения. Если чего-то не хватает — сообщите нам в комментариях, и мы дополним описание. Читайте мнения других участников сообщества: их отзывы часто раскрывают скрытые смыслы и добавляют новые грани понимания. А после прочтения обязательно вернитесь сюда — ваш отзыв станет ценным вкладом в общее обсуждение книги.
Описание книги
В отличие от большинства исследований восточноевропейской литературы, ограниченных одним языком, одной культурой или одной национальностью, в книге Амелии М. Глейзер «Литературная черта оседлости» прежде всего рассматриваются процессы культурного обмена между авторами, жившими на территории современной Украины и писавшими на русском, украинском и идише. Автор анализирует произведения от «Сорочинской ярмарки» (1829) Н. В. Гоголя до рассказов И. Э. Бабеля о насильственной коллективизации украинских сел примерно век спустя. Амелия Глейзер убедительно показывает, что творчество Гоголя оказало значительное влияние как на русских, так и на украинских и еврейских писателей, таких как Г. Ф. Квитка-Основьяненко и Шолом-Алейхем.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
📚 Читайте "Литературная черта оседлости. От Гоголя до Бабеля" онлайн — полный текст книги доступен бесплатно
Перед вами — полная электронная версия книги "Литературная черта оседлости. От Гоголя до Бабеля", адаптированная для комфортного онлайн-чтения. Мы разбили произведение на страницы для удобной навигации, а умная система запоминает, на какой странице вы остановились — можно закрыть браузер и вернуться к чтению позже, не тратя время на поиски. Персонализируйте процесс: меняйте шрифты, размер текста и фон под свои предпочтения. Погружайтесь в мир литературы где угодно и когда угодно — любимые книги теперь всегда под рукой.
Текст книги
Поместив героев своих рассказов в Полтавскую губернию, Гоголь «заявил права» на эту территорию[38 - См. [Гиппиус 1994: 29].]. Действуя в традициях романтической литературы, Гоголь с помощью этнографических средств помещал знакомых героев в достоверный пейзаж. Однако его больше интересовала художественная сторона повествования, а не фольклорная. Гоголь пошел дальше, чем его собратья-этнографы, разработав то, что последователи формальной школы назовут сказом, – имитацию речи неграмотного рассказчика из народа, обращающегося к грамотному читателю.
Украинцы, воспринимавшиеся как братский народ, вызывали больше доверия у царского правительства и сочувствия в обществе, чем евреи, которые, как и католики-поляки и мусульмане-турки, являлись не только национальным, но и религиозным меньшинством. Имперская концепция «русскости», основанная на православии и самодержавии, предполагала существование многонациональной России под властью одного Бога и одного властителя[39 - Как пишет Джеффри Брукс, по мере того как в XIX веке в России росла роль светской культуры, «литературным маркером русскости наряду с религией и верностью царю становилась гордость за величие и размеры русской империи» [Brooks 2003: 241].





