Начертание русской истории

Своеобразным аналогом веча были позднейшие формы казачьего круга. Но казачий круг держался в ограниченных пространственных рамках, и попытки распространения власти круга в общерусском масштабе оканчивались неудачей (Смутное время, разиновщина)[13 - Удачей окончилась лишь последняя – советская – фаза вечевого и казачьего уклада власти в России. Но здесь аналогия лишь по форме, а не по существу. По существу же, в Союзе Советских Республик вечевая форма – лишь фасад государственной организации. Низы обязаны строгим подчинением своим руководителям («компартии»).

Устойчивая евразийская форма государства и власти – форма военной империи. Таковы были державы Скифская, Гуннская, Монгольская, таково Московское царство и Всероссийская империя.

Крепка и жизненна Евразийская держава оказывалась, однако, только тогда, когда правящая верхушка не отрывалась от народной массы и внутренние подпочвенные воды питали власть.

С внутренней стороны для этого требовалось прежде всего наличие единого и целостного миросозерцания. Таким целостным мировоззрением было проникнуто монгольское общество[14 - Монгольский эпос одинаково захватывает и увлекает верхи и низы монгольского общества.], таким мировоззрением было проникнуто и московское общество XIV–XVII веков[15 - Православная государственность.].

С внешней стороны той же цели служила достаточно гибкая социально-государственная организация[16 - Большое значение имели сами формы совещаний правительственной власти с исполнительными деятелями (причем эти последние связаны были с местными мирами).

Организация евразийского государства – в соответствии с пространственными его размерами – тесно связано военной организацией.

Организация армии обращается в глубокую социальную проблему; изменение форм военной организации часто совпадает с социальными сдвигами (опричнина, дворянство, военные поселения, военный коммунизм).

§ 8

Евразийское самосознание

Освоение народом исторического своего месторазвития вполне прочно лишь тогда, когда оно осознано народом.

Историческое самосознание народа есть в значительной степени осознание исторической и органической цельности своего месторазвития.

Осознание народом своего месторазвития ведет всегда к установлению целостного и органического миросозерцания.