Кавказ под управлением князя М. С. Воронцова (1844–1854 гг.)

Предметом исследования данной работы является комплекс проблем, связанных с особенностями развития политической истории Кавказского края в середине XIX столетия. Автор на примере краткого исторического фрагмента, уместившегося в рамки одного десятилетия (1844–1854 гг.), стремился представить картину неоднозначных и сложных явлений, в центре которых осуществлялась деятельность Кавказского наместника М. С. Воронцова, призванного переформатировать кавказский социокультурный мир таким образом, чтобы он хотел быть с Россией и увидел себя частью России.

Важным моментом является то обстоятельство, что М. С. Воронцов принадлежал к наиболее образованной группе российского истеблишмента, обладавшей широким политическим кругозором, неиссякаемой энергией и большим административным опытом в деле инкорпорации порубежной периферии и насыщении ее имперскими смыслами и ценностями.

Кавказское поприще князя М. С. Воронцова, ставшее вершиной его политико-административной практики, представляет в целом положительный пример долговременного служения делу и долгу.

Князь М. С. Воронцов был призван императором Николаем I исправить негативно развивавшуюся ситуацию, которая подрывала основы «русского дела» на Кавказе. К середине 40-х гг. XIX в. производившиеся российской администрацией преобразовательные действия потеряли динамичность, породив большое количество проблем, ставших препятствием для успешного решения задачи по «водворению» кавказской окраины в состав Российской империи и превращению кавказского фронтира в мирные и благоустроенные южные рубежи государства.

В северной части Кавказа российские власти утратили на время стратегическую инициативу, которую попытался вырвать у них из рук имам Шамиль, чей авторитет в горах достиг своего апогея. Основным условием, обеспечившим успех Шамилю, явилась его способность укрепить солидарность среди многих горских обществ Чечни и Дагестана, призывом их под знамена мюридизма и газавата.

В Петербурге выражали большое неудовольствие мероприятиям и мерам, которые реализовывали российские кавказские власти и которые, несмотря на значительные усилия и затраты, приносили весьма посредственный результат, по крайней мере, он был далек от ожидавшегося.