Сила осознанности (русский перевод)

Вот почему изменение сознания необходимо, прежде чем вы сможете изменить свой внешний мир.

Дождь идет в результате изменения температуры в более высоких областях атмосферы, поэтому аналогичным образом изменение обстоятельств происходит в результате изменения вашего состояния сознания.

Преобразитесь обновлением вашего разума. [Римлянам 12: 2]

Чтобы преобразиться, должна измениться вся основа ваших мыслей. Но ваши мысли не могут измениться, пока у вас нет новых идей, потому что вы думаете, исходя из своих идей.

Любая трансформация начинается с сильного, жгучего желания преобразиться.

Первым шагом в "обновлении разума" является желание.

Вы должны захотеть отличаться [и намереваться отличаться], прежде чем сможете начать меняться сами.

Затем вы должны превратить свою будущую мечту в факт настоящего. Вы делаете это, предполагая, что ваше желание исполнено. Желая быть не тем, кто вы есть, вы можете создать идеал человека, которым хотите быть, и предположить, что вы уже являетесь этим человеком.

Идеал, которого вы надеетесь достичь, всегда готов к воплощению, но пока вы сами не предложите ему человеческое происхождение, он не сможет родиться.

Следовательно, ваше отношение должно быть таким, при котором, пожелав выразить более высокое состояние, вы один принимаете задачу воплощения этой новой и более высокой собственной ценности.

Создавая свой идеал, вы должны иметь в виду, что методы ментального и духовного познания совершенно различны.

Этот момент по-настоящему понимают, вероятно, не более одного человека на миллион.

Вы познаете вещь ментально, глядя на нее извне, сравнивая ее с другими вещами, анализируя ее и давая ей определение [думая об этом]; тогда как вы можете познать вещь духовно, только став ею [только думая исходя из нее].

Вы должны быть самой вещью, а не просто говорить о ней или смотреть на нее.

Ты должен быть подобен мотыльку в поисках своего идола, пламени, который, подстегнутый истинным желанием, сразу же нырнул в священный огонь, сложил внутри свои крылья, пока не стал одного цвета и одной субстанции с пламенем.

Он знал только пламя, кто в нем горел,

и только он мог сказать, кто так и не вернулся.

["Птичий парламент", Фарид ад-Дин Аттар, пер.