Репортаж из преисподней

Джейнс повиновался и протиснулся в эту створку. Тут же дверь за ним исчезла и он оказался в другом пространстве. Огляделся: это была просторная комната в розовых

обоях в цветочек, застланная голубоватым ковролином, на котором валялись разбросанные машинки, пазлы, пупсики с оторванными ножками, фламастеры без колпачков, листы бумаги в каракулях, смятый в кучу разноцветный пластелин, кубики, мячики; к потолку подвешена на канатах смятая кровать-качели.

– Куда это я попал? – растерялся ангел.

Тут зашевелилась куча подушек, послышался зев и из-под одеяла появилась лысая, взъерошенная по бокам, деформированная голова. Лицо было заспанным, отекшим, непонятного возраста. Мутные, в сухариках, глаза тупо таращились на визитера. Этот

«ребенок» сдернул одеяло, выказав рахитный животик, свесил ножки-колесики с кроватки и спрыгнул вниз, поправляя выцветшие, в характерных пятнах кольсоны с отвисшими коленками. Пукнул. Деловито сел на горшочек и, безразлично к гостю, справил нужду.

Ангел тактично отвернулся. Подождал. Поморщился.

– Карапуз, куда это я попал? Помоги дяденьке.

Рахитик встал, молча подкатил к столику и плюхнулся на стульчик. Неизвестно откуда достал раскладушку с фотоаппаратом, щелкнул посетителя.

– Для начала здороваться надо, невежа, – зашамкал ребенок.

– Ну извини, вылетело из гоовы. Ну так поможешь дяденьке?

– И чего тебе надо?

– Да мне бы к шефу вашему, а секретарша сюда меня сунула.

– Ну считай, что по адресу пришел, святоша.

– А он что, уже детей эксплуатирует? Как же ты тут один со всем справляешься, бедненький! Уси-пуси, конфетку хошь?

– С чем?

– Мармелад в шоколаде. Внутри жувачка. Укус-но!

– Кидай! – создание протянуло культяпки и ловко поймало. Раздалось чавкание. – А еще есть?

– Нет, малыш, в другой раз принесу, – ангел присел перед ним на корточки и погладил по голове, замечая на ощупь каждый бугор.

– Свой.

– А откуда взялся такой свой?

– От сотворения.

– Какой ты милый шутник. А как тебя зовут?

– Тебе весь список перечислить? У меня времени нет – вон на табло читай.

Джейнс обернулся. На стене огненными буквами бегущей строкой показались письмена: «Сатана, дьявол, искуситель, Князь Тьмы, Сати, Антихрист, Локки, Аид…»

– Фу ты… шутишь, – плюхнулся на пол.