Новые крепостные. Неофеодализм и современное рабство

Именно этот социальный слой представляет особую опасность для новой аристократии, поскольку в силу своей активности, образования и относительной финансовой независимости способен выступить в качестве организующей силы для менее обеспеченных слоев населения. Поэтому свою первоочередную задачу элиты видят в том, чтобы нейтрализовать и ликвидировать прежде всего средний класс, в первую очередь лишив его финансовой и экономической независимости.

Этот процесс особенно активизировался после первой волны глобального финансово-экономического кризиса в 2008–2009 годах, когда лишь чудом все не рухнуло, а для мировой финансовой аристократии прозвенел первый звонок.

Иллюзия такого роста обеспечивалась эмиссией все больших объемов необеспеченной бумажной валюты центральными банками всех стран и непосредственно связанным с этим ростом биржевых индексов и фондовых рынков, но реальный сектор мировой экономики активно деградировал.

Основные причины первой волны глобального финансово-экономического кризиса 2008–2009 годов так и остались неразрешенными, что неизбежно вело к новой вполне ожидаемой, но еще более мощной второй волне. Финансовая олигархия, сидящая у печатного станка, выиграла некоторое время, в течение которого шел активный поиск средств и методов, с помощью которых она сможет не только сохранить, но и еще более усилить свою власть. К тому же научные и технологические достижения последних лет позволяли посмотреть на будущее совершенно иначе, чем двадцать или даже десять лет назад.

После десятилетий создания кредитов и денег из воздуха центральные банки построили колоссальную долговую пирамиду. По оценкам Института международных финансов (IIF), в первом квартале 2020 года глобальный долг составлял 331 % мирового ВВП. Обремененный долгами режим с использованием декретных необеспеченных денег все более увеличивал нестабильность мировой финансовой системы.

По оценкам института, ожидалось, что к концу 2020 года мировой долг вырастет до рекордных 277 триллионов долларов, тогда как общий долг развитых стран – государственных, корпоративных и частных – в третьем квартале подскочил до 432 % ВВП. Отношение долга развивающихся стран к ВВП в третьем квартале составило почти 250 %, в Китае – 335 %, а в течение года ожидается, что это соотношение достигнет примерно 365 % мирового ВВП.