22 июня, или Когда началась Великая Отечественная война

Правда, из дальнейшего текста воспоминаний Сандалова следует, что уже через несколько часов после этого разговора штаб армии в очередной раз перебазировался на восток. Ну а штаб Павлова уже 26 июня оказался под Могилевым – в 500 км от границы!

Что же касается проводов, то с ними на Западном фронте было не так уж и плохо. Согласно докладной записке начальника штаба фронта генерал-майора Климовских от 19 июня 1941 г., в распоряжении службы связи округа было 117 000 изоляторов, 78 000 крюков и 261 тонна проводов.

В качестве иллюстрации к вопросу о реальной технической оснащенности Красной Армии можно привести один из многочисленных приговоров военного трибунала Западного фронта. Так, 15 сентября 1941 г. бывший командир 162-й сд полковник Колкунов был обвинен в том, что он «13 июля 1941 г. в момент выхода дивизии из окружения противника, вследствие трусости, отдал приказание зарыть в землю имущество связи, а именно:

1. 3 рации – РСБ, 5АК, 6ПК;

2. 2 приемника КУБ-4;

3.

4. 4 коммутатора – Р-20, МБ-30, КОФ;

5. 2 номерника – 12Х2;

6. 23 килограмма кабеля однопроводного;

7. 8 килограммов кабеля двухпроводного;

8. 2 аппарата Морзе» (68).

И это в одной обычной стрелковой дивизии. Разгромленной и отступающей.

В большой статье с красноречивый названием «Истоки поражения в Белоруссии» (78) автор с горестным воздыханием сообщает читателям, что обеспеченность войск ЗапОВО средствами радиосвязи была очень, очень низкой: «полковыми радиостанциями – на 41 %, батальонными – на 58 %, ротными – на 70 % «.

Как это принято у нас, мешающие правильному воспитательному процессу факты – а сколько это в штуках на один полк или стрелковую роту – пропущены. Постараемся восполнить это досадное упущение. По штатному расписанию стрелковой дивизии от апреля 1941 г. в одном гаубичном артполку должно было быть 37 радиостанций (на 36 гаубиц), в артиллерийском полку – 25 радиостанций (на 24 пушки), 3 радиостанции в стрелковом полку и по 5 радиостанций в каждом стрелковом батальоне.

К слову говоря, в распоряжение танковых групп вермахта было выделено всего по одной роте диверсантов из состава пресловутого полка особого назначения «Бранденбург».