К-9: Право на счастье

 – Это Дэрри все рассказал. Я просто, ну, понял. Он тоже с картинками объяснял.

Бумажка с многострадальными крылатыми кружочками перекочевала к Джею, но тот взглянул на нее разве что мельком:

– Вот как. А меня дождаться никак?

– Ну… Случайно вышло.

На пару мгновений повисло молчание, нарушаемое только мерным стуком – карандаш снова был у Джея и отбивал по столу неровный ритм.

– Ладно, раз ты это понял, давай заканчивать с мошкарой. Время лишним не бывает. Справишься с задачками?

– Постараюсь, – честно ответил Хаук, но непонятно откуда взявшееся давление все не спадало.

К счастью, в комнату заглянула Лиза с тарелками, полными горячим и вкусным. Желудок тут же заворчал, напоминая, как нехорошо Хаук с ним обошелся, когда отказался от ужина. Обстановка сама собой разрядилась, и дело, наконец-то, пошло на лад.

***

Новое утро началось слишком утром. Еще до рассвета. Хауку показалось, что он только закрыл глаза, как Джей безжалостно отобрал у него одеяло и поднял на ноги, угрожая незапланированным душем.

Пришлось вставать.

Мошкара все не шла из головы: в качестве задачек Джей подсунул совсем уж странные модели ситуаций, с которыми Хаук справлялся едва-едва. Еще и не со всеми. Последняя даже приснилась. В кошмарном сне Хаука окружали жирные блестящие мухи, вымахавшие почти с броненосцев. Хором диктовали условия и с хрустом жевали фигурки выданных «людей». Один неверный ответ – одна фигурка исчезает в сочащейся слюнями пасти.

К концу сна Хаук остался один, сам превратился в вафельный манекенчик и последней отчаянной мыслью пытался найти спасение, чтобы избежать ядовитых клыков.

Передернув плечами, стараясь не думать, откуда у мух взялись клыки и все остальное, он резко включил воду. Вместо привычной утренней прохлады на плечи хлынул кипяток, буквально выжигая мерзкие образы. Новый поворот крана – и вот струи уже ледяные. Контраст помог окончательно прийти в себя, взбодриться, наконец,проснуться к утренней пробежке.

Ведь сегодня он бежит с Джеем. А это другой темп и совершенно другая нагрузка.

Теперь, когда учитель начал постепенно возвращаться в форму, «халява» действительно закончилась. Если подумать, то все прошедшие дни с прихода в Мидори можно было считать одним большим отдыхом. Очень странным и вовсе не безоблачным, но спокойным. Даже вечные стычки Джея и Дэрри влились в общий ритми нискольконе нарушали ежедневной рутинной вязкости.