Взрослые сказки о Гун-Фу. Часть IV: Все настоящее одинаково

Взгляд этот назывался «тигр смотрит на курицу». Я знал, что чувствует обычный человек, на которого смотрят таким взглядом. Он ничего не чувствует… Кроме животного ужаса. Опробовано поколениями моих предков, да и мной лично. Так что с Дамочкой главное было не перестараться. Видимо, мне это удалось, потому что она всего лишь обалдела.

И тут я использовал свой главный аргумент.

– И за ту неделю, которую вы будете так питаться, вы похудеете килограмма на три. Фигура будет…

Как по мне, так у Дамочки была прекрасная фигура, именно такая, как мне нравилось, но сама она считала, что у нее лишний вес, о чем мне, как «лечащему врачу», неоднократно сообщала.

В общем, мы договорились так: если всю эту неделю у Дамочки не будет болеть живот и если она действительно похудеет за эти дни килограмма на три, то она будет продолжать питаться в том же духе. А если нет, то вызывает своего повара из Парижа, а я больше не заикаюсь ни про какую свою диету.

Так я стал «калифом на час», а точнее, Дамочкиным поваром на неделю.

За первый день, проведенный в обществе Дамочки, я совершенно одурел и когда я пришел в зал на занятия, капитан О’Коннор, который по старой полицейской привычке (вдруг пригодится) замечать все, тут же стал расспрашивать меня, что произошло.

Узнав, что ничего не произошло, просто я на неделю «нанялся в рабство» (интересно, а можно «наняться в рабство» или в рабство можно только попасть?), он сначала долго смеялся, а потом предложил развлечься – сходить с ним в тир.

Я бы сказал, что насчет «поучить» он слегка погорячился. С одной стороны, он был прав: к револьверу я не был приучен. Честно говоря, я по-настоящему пострелял из него только один раз: когда привез огромный роскошный кольт в подарок Вану, чтобы тот на старости лет при охоте на тигра рассчитывал не только на лук и нож. А то получалось какое-то средневековье: человек выходит на тигра практически с голыми руками.

Но Вану револьвер не понравился, так что я сам отстрелял все патроны, которые привез, после чего Ван положил подарок в один из своих бездонных сундуков, и мы забыли про эту штуку.

Разумеется, стрелять я умел. Из автомата Калашникова. Вот тут я был спец. Хотя Ван учил меня стрелять из лука. При этом он был совсем не дурак и не думал, что в наши дни кому-то кроме него может пригодиться это искусство. По этому поводу он говорил мне так:

– Ты делай, что велено.