Искупление Гвизара

Рдарашту ещё больше захотелось увидеть караванщика-вожака, человека способного управлять такой толпой. Ему сразу в голову пришёл образ свирепого Сверра – последнего предводителя стаи с утёса Гвизар, что прослыл средь северных народов «Утёс воплей». Сверр был сильным и воинственным орком, как его отец Хорлог Одноглазый. Но его сила и сила его воинов не спасла клан от праведного гнева людей-северян, натерпевшихся от орков горя. Рдарашт помнит тот день, когда его братья умирали, когда правило «Око за око» обрушилось стрелами, огнём и копьями на них.

Все пали, кроме Рдарашта. Ему не хватило смелости ответить за орочьи налеты, и он сбежал, он выбрал трусость.

До вечера Рдарашт плёлся рядом с караваном, пока от размышлений и стенаний его не отвлекла лишь поднявшаяся на небо Луна, а вместе с ней и холод.

– Говоришь, – начал стоящий у костра воин-наёмник, – что ты не беглец и не разбойник, а посланник этого чудака из Мидланда?

– Да. – Рдарашт кивнул. – Я отшельник, который ушёл с привычных для себя мест из-за черных дикарей.

Мне пришлось бросить всё, их было слишком много. Так я брёл до оазиса, где и встретился с Уильямом.

– Значит, новичок Али справился! – радостно воскликнул воин. – Тебя точно стоит показать Рахиму, он и не надеялся на решимость новичка и гостя. Рахим, да даст ему Господь многие лета, рад любому, кто приносит хорошие новости!

– Только обыщи его, – дал о себе знать второй воин, – а то я слышал об этих орках в сказаниях всякое.

Рдарашта это ни капли не прельщало, но и ночевать под звёздным небом на холодном песке ему не хотелось.

– Это просил передать Уильям погонщику Ахмеду из Шада, – перед досмотром сказал орк и отдал драгоценный камень воину.

После воины проводили Рдарашта к шатру вожака, но попросили оставить перед входом свёрток с финиками и бурдюк.

Кругом были излишества, кои Рдарашт видел только из клетки: расшитые золотом и серебром ковры, богатый угощениями и чаем дастархан, золотые и серебряные лампы. Смотря на вход, сидел на тюфяке смуглолицый и улыбчивый мужчина достойных лет.

Носил он обычную одежду, но окрашенную в тёмно-красный цвет. Волосы на его голове были достаточно коротко пострижены, дабы локоны не падали на глаза, но этого не скажешь о пышных усах и бороде, которые то и дело мужчине приходилось вытирать салфеткой во время трапезы.

– Приветствую тебя, орк, о котором весь день говорила моя свита. – Рахим кивнул на лежащий рядом с Рдараштем тюфяк.