Творцы террора

А мои доверители, опасаясь оставшегося на свободе убийцы, отказались от дальнейшего ведения дела».

Как видим, закидоны ранней Советской власти относительно «классового подхода», «социальной опасности» и прочего здесь еще работают на полную катушку. В 30-е годы убийца уже получал свое, как бы ни изменилась обстановка, – эту победу государство над «революционной законностью» сумело одержать.

Что же касается коррупции, то она в принципе непобедима, но ее размеры зависят… да, зависят! При почти полном отсутствии контроля за судьями она приняла те размеры, которые и должна была принять – то есть имелись, конечно, отдельные судейские работники, которым брать было «западло», однако… И снова слово Полибину (надеюсь, еще не надоело).

Из реки по имени «факт»:

«На совещании судебных работников при краевом суде в Ростове-на-Дону… выступил бывший присяжный поверенный Шик, человек уже в летах, с импозантной фигурой и бритым лицом, напоминающим римского патриция, прекрасный и смелый оратор с большой эрудицией, человек неподкупной политической честности.

Отвечая на упреки о высоких гонорарах, он сказал:

– Вы упрекаете нас в том, что мы дорого обходимся населению. Но как же я могу взять высокий гонорар, когда ко мне приходит клиент-крестьянин, я назначаю ему плату в сто рублей, а он спрашивает: «Как это сто рублей, с гарантией?» Я объясняю ему, как крестьянину, что своевременно вспашу, посею доброкачественным зерном, и за этот труд я беру с него сто рублей.

Клиент мне отвечает: «Это дорого, сто рублей и без гарантии, когда мне обещал за пятьдесят рублей и с гарантией сам судья»».

Вот так, по-простому, без намеков и комплексов. И стоит ли удивляться, что адвокаты при Советской власти были мало востребованы? А зачем, собственно, они нужны при таких «гарантиях»?

«…Несколько случаев лихоимства мне хотелось бы описать подробно. Взять хотя бы народного судью Черкезова. Был он, должно быть, бывший полковой писарь, по крайней мере не выше писаря штаба дивизии военного времени.

Кабинет его помещался в одном дворе с его квартирой и с квартирой его секретаря. Это было подворье, отнятое у какого-то казака. Входит в его кабинет адвокат:

– Петр Иванович, завтра слушается дело Костомарова. Как вы на это смотрите?

– А ты сколько взял за защиту?

– Ну, сколько бы я ни взял, а вы сколько возьмете?

Судья заламывает сумму, превышающую гонорар адвоката.