Ружь, или Внешние силы

Эти тела живут в мире вещества, которое точно так же связано силой. И это именно сила делает вещества плотными. Поэтому вполне допустимо сказать, что мы ходим не по веществу, а по силе, которая творит вещество. И сидим мы на силе. Мы даже едим силу, когда поедаем пищу.

Мы то, что мы едим. Все это значит, что мы одной природы с силой окружающего мира, и мы не просто умеем ее использовать, мы приспособлены к этому. Мы ходим по силе, как по полю, потому что умеем на нее опираться и умеем создавать опоры из силы, которые создают плотные основания под нашими ногами.

Они же пронизывают все наши тела, делая их упругими, и тем самым обеспечивают нам прямохождение. И они же, наполняя все наши мышцы, создают особый узор, когда мы боремся или проделываем какую-то телесную работу. Эти внутренние опоры мазыки называли мостошами. Очевидно, это слово произведено от того же корня, что и мослы, то есть кости, потому что мостоши исполняют в теле роль, сходную с костяком, они создают внутренние плотности, позволяющие нам двигаться и прилагать силу.

Обычно мы считаем, что ходим прямо за счет костяка. Он нами и воспринимается, как то, на что мы опираемся при ходьбе или работе. Это заблуждение чрезвычайно очевидное: все видели анатомические костяки и знают, что подобные конструкции стоять не предназначены. Однако почему-то забывают это при взгляде на живого человека. Тем не менее, если вспомнить, сколько в человеческом теле суставов, станет понятно, что удержать его вертикальным – маленькое чудо.

Кости всего лишь не дают мышцам сжиматься. Но опоры они не дают. И любой желающий опереться на костяк был бы тут же наказан жестоким падением.

Как только разум осознает это, он тут же переключается в поиске тех опор, благодаря которым мы ходим, на мышцы и связки. Однако и это решение сомнительно. Мышцы процентов на восемьдесят – жидкость, и растекаются, подобно каше, дай им такую возможность.

В действительности тем, что становится опорой при нашем прямохождении, являются мышечные напряжения. По крайней мере, так кажется. Мы стоим, потому что напрягаемся определенным образом, мы движемся, потому что напрягаемся разными образами, мы взаимодействуем с миром и другими телами за счет смены напряжений.