Хент

– Смотрите, смотрите, – сказал он, – в этой толпе не видно человека, который осмелился бы поднять руку на своего убийцу. Что же, если не это, может ожесточить человека, зажечь в нем чувство мести! Дом его горит перед его глазами; дети его в огне; жену и дочь уводят… Мужчина видит все это и покорно подставляет голову под удары врага. Эх проклятый, ведь ты тоже человек! Убей врага своего, а потом умирай сам…

– Вардан, ты всегда жесток, – заметил ему один из товарищей.

Вардан ничего не ответил и удалился, казалось, ему тяжело было видеть картину позора и унижений армянина.

Невдалеке от этого места в глухом углу кpeпoсти, в другой группе добровольцев происходил следующий разговор:

– Если и Петрос не вернется, то это будет пятая жертва.

– Слишком запаздывает. Не погиб ли бедняга?..

– Нет, прислушайтесь-ка: это – его сигнал. Слышите карканье вороны?

– Да, это он! Спустим ему лестницу.

Они спустили веревочную лестницу, и через несколько минут на стене крепости показался юноша с большим бурдюком, привязанным к спине.

– Что это? У тебя мокрое лицо, Петрос. Сверкнувшее в этот момент яркое пламя пожара осветило окровавленное лицо Петроса.

– Кровь! – воскликнули все в один голос.

– Не беда… – ответил тот с усмешкой. – Уже несколько дней, как я не умывался, сегодня, кстати, умылся как следует…

Петрос скоро рассказал, как он встретил курдов, стороживших родник, как те напали на него, а он уложил их на месте, получив рану в голову.

– Что же случилось с Анесом, Томасом, Адамом и Нерсесом? – спросили его.

– Черт их знает! – ответил Петрос своим обычным шутливым тоном. – Они точно условились отправиться на свидание к своим предкам в одну и ту же ночь. Один лежал у стены, вероятно, его угостили пулей, когда он спускался со стены; другой присел на полпути и боролся со смертью; третий растянулся, как бревно, у самого родника, а несчастный Томас, раненный в бок, придерживая рукой рану, проклинал курдов… Но я отомстил за них.

Четверо армян, о которых рассказывал Петрос, были друг за другом посланы за водой, но ни один из них не вернулся. Подобные случаи повторялись так часто, что убийство, смерть обратились в нечто обыкновенное, а потому рассказ Петроса не произвел особенного впечатления на слушателей.