Мельпомена

Пусть он сам и не был большим любителем почесать языком, само созерцание иностранцев, их рассказы о жизни в других странах, служили писателю отличным подспорьем для написания глубоких пьес. Его персонажи уже не были карикатурными иностранцами и пускай в отдельных моментах Филипп и позволял себе некоторые вольности, того фарса, который происходил в пьесах других писателей, не было.

– Большинство шахматистов не садятся играть с женщиной, – голос мадемуазель Марсо резко поник. Не от того, что, как сказали бы эмансипированные девушки, «ее права были нарушены», а от упущенной возможности поиграть с настоящими мастерами своего дела.

А это хорошая идея… В голове Филиппа сразу же созрел грандиозный план написания пьесы. И про любовь, и на злобу дня. История Жанны Д’Арк, поданная как любовный рыцарский роман… Мадемуазель Марсо кажется погрузилась в свои мысли и не увидела на лице Лавуана подлинного энтузиазма, вызванного озвученным, казалось бы, невероятно грустным фактом. В его голове уже складывалась история.

– Не желаете ли прогуляться со мной до театра? – как бы невзначай предложил Филипп не только, чтобы перевести разговор в более благоприятное для девушки русло, но и чтобы провести с таинственной незнакомкой еще хотя бы немного времени.

– Я не сильна в театре… Право, я была в нем лишь пару раз… Никогда не была сильно вовлечена в этот вид искусства, – ответила девушка.

Так даже лучше. Лавуан вдруг понял, что это его шанс познакомить миловидную особу с миром большой драматургии, а заодно и приобщиться к миру девушки, который уже подарил писателю две отличные идеи.

– Позвольте мне познакомить Вас с театром, – начал герой. – Я имею честь там работать и, хоть и нахожу некоторых отдельных личностей недостойными присутствия в храме комедии и драмы, я очень рад быть частью этой дружной творческой семьи.

Мелани замялась. Было видно, что ей не вполне комфортна данная ситуация, хотя блеск глаз выдавал почти животный интерес к чему-то новому и загадочному. Филипп вспомнил молодого и неопытного себя десятилетней давности, когда он только познакомился с драмой, когда его по знакомству устроили работать в местный театр, откуда он до сих пор не сумел выбраться, хотя очень хотел.