Свобода. Храбрость быть собой

Никто не может вам ее сообщить. Вам придется самим обострить свой разум, чтобы вы смогли заглянуть в существование и ее найти. Если ребенка оставить открытым, восприимчивым, бдительным и поощрять к поиску, у него будет психологическая свобода. А с психологической свободой приходит огромная ответственность. Вам незачем учить ребенка ответственности; она приходит как тень психологической свободы. И он будет вам благодарен. Обычно же каждый ребенок зол на родителей, потому что они его разрушили: уничтожили его свободу, обусловили его ум.

Еще прежде, чем он задал вопросы, его ум наполнили ответами, каждый из которых был подделкой – потому что не основывался на собственном опыте родителей.

Весь мир живет в психологическом рабстве.

И третье измерение свободы есть свобода предельная – состоящая в знании того, что вы – не тело, в знании того, что вы – не ум, в знании того, что вы – лишь чистое сознание. Такое знание приходит путем медитации. Оно отделяет вас от тела, оно отделяет вас от ума, и, в конце концов, вы присутствуете лишь как чистое сознание, как чистая осознанность.

Это – духовная свобода.

Вот три основных измерения свободы индивидуальности.

У коллектива нет души, у коллектива нет ума. У коллектива нет даже тела; есть только название. Это только слово. У коллектива никакой необходимости в свободе нет. Когда все индивидуальности свободны, будет свободным и коллектив. Но нас очень впечатляют слова, впечатляют настолько, что мы забываем, что в словах нет ничего вещественного.

Коллектив, общество, сообщество, религия, церковь – все это слова. За ними не стоит ничего реального.

Мне это напоминает одну небольшую историю. В сказке «Алиса в Зазеркалье» Алиса оказывается во дворце короля. И король спрашивает ее:

– Не встретила ли ты по пути гонца, направляющегося ко мне?

И маленькая девочка отвечает:

– Мне никто не встретился.

И король думает, что «Никто» – это кто-то, и он спрашивает:

– Но почему же тогда Никто еще сюда не добрался?

Маленькая девочка говорит:

– Сэр, никто значит никто!

И король говорит:

– Не говори глупостей! Я понимаю: Никто и есть Никто, но он должен был прибыть раньше тебя.

Кажется, Никто не ходит медленнее тебя.

И Алиса говорит:

– Это абсолютно неправильно! Никто не ходит быстрее меня!

И таким образом этот диалог продолжается. В продолжение всего диалога «никто» становится кем-то, и Алисе невозможно переубедить короля, что «никто» и есть никто.