Жизненная Сила. Мастер-ключ

В обеденный перерыв мама возвращалась из столовой и кормила меня, и я ждал, когда она уйдет, чтобы снова незаметно убежать из дома. С собой я прихватил две оставшиеся от обеда сдобные булки – угощение новому другу.

– Это вам, – сказал я, вручая истопнику булки.

– Такая сдоба хороша с острыми соленьями, – казалось, он искренне рад угощению. – Хочешь, поделюсь с тобой?

– Да, было бы здорово, – я любил соленья.

Господин Тань подошел к небольшому буфету, достал оттуда глиняный кувшин с маринованной редькой и выложил несколько ломтиков на булки.

В следующий раз истопник встретил меня словами:

– У меня для тебя кое-что есть, – и извлек из кармана два клубня сладкого картофеля.

– Ух-ты! Мои любимые! – обрадовался я.

– Давай запечем их?

– Давайте!

Господин Тань вымыл клубни и поместил их в неистовый жар, исходивший от печи. Плоды начали запекаться, а он предложил:

– Хочешь, расскажу тебе историю про Царя Обезьян?

– Ой, я люблю про Царя Обезьян! – воскликнул я.

– Вот как? А знаешь ли ты, как Царь Обезьян появился на свет? – выпучил глаза господин Тань.

– Нет.

– У этой обезьяны не было папы с мамой, как у тебя.

– Не было?

– Нет. Далеко-далеко, на склоне одной горы, покрытой цветами и плодовыми деревьями, покоился древний камень. Камень тот был огромным, больше всего Сянтаня, – господин Тань широко развел руками.

– Вот это да!

– И однажды он взорвался – БАБАХ! – я вздрогнул, а рассказчик как ни в чем не бывало продолжил: – И когда осела пыль, на месте камня стоял Царь Обезьян.

– Угу, – промычал я (к тому времени мой рот уже был набит сладким картофелем).

– Царь Обезьян был очень-очень сильным и мог поднимать тяжелые предметы, такие как автомобили и автобусы, словно пустые картонные коробки. Одним прыжком он преодолевал огромные расстояния и пересекал весь Китай в мгновение ока.

Тут господин Тань проскакал по котельной, подражая обезьяне. Я рассмеялся.

– Но главная сила Царя Обезьян в том, что он умел превращаться во что угодно. Он мог обернуться крошечным муравьишкой, – господин Тань припал к земле, изображая насекомое. Я снова засмеялся, наблюдая за его пантомимой.

– Он мог стать деревом… – истопник встал во весь рост и причудливо выгнул руки, так что они стали похожими на ветви.