Эон. Исследования о символике самости

Данная разумная мысль никогда или почти никогда не приходит ему в голову, ибо ни один мужчина не способен беседовать с анимусом более пяти минут, не рискуя при этом пасть жертвой собственной анимы. Всякий, у кого хватит чувства юмора, чтобы беспристрастно выслушать последующий диалог, будет поражен огромным количеством банальностей, избитых истин, вставленных не к месту, клише из газет и романов, всякого рода общих фраз, перемежающихся вульгарными оскорблениями и умопомрачительным отсутствием логики. Это диалог, который, независимо от его участников, повторяется бесчисленное множество раз на всех языках мира и всегда остается в сущности одинаковым.

Данный примечательный факт объясняется следующим обстоятельством: когда анимус и анима встречаются, анимус обнажает меч силы, а анима источает яд иллюзий и соблазна. Исход вовсе не всегда бывает отрицателен, так как оба имеют равные возможности влюбиться (особый случай любви с первого взгляда). Язык любви отличается удивительным однообразием и пользуется старыми формулами с завидным постоянством, в результате чего двое партнеров вновь оказываются в банальной коллективной ситуации.

И в своих положительных, и в своих отрицательных аспектах отношение анима/анимус всегда «анимозно»; то есть оно эмоционально и, следовательно, коллективно. Аффекты понижают уровень отношений и приближают их к общей инстинктивной основе, в которой уже нет никакой индивидуальности.

Если облако «анимозности», окружающее мужчину, состоит главным образом из сентиментальности и негодования, то у женщины оно выражает себя в виде безапелляционных мнений, домыслов, инсинуаций и неверных толкований, единственная цель которых – разрушить связь между двумя человеческими существами. Женщина, как и мужчина, оказывается окутанной иллюзиями, сплетенными ее демоном-фамильяром, и как дочь, которая одна понимает отца (то есть всегда во всем права), переносится в овечью страну, где ее пасет пастырь ее души, анимус.

Анимус, как и анима, имеет и положительный аспект. Через фигуру отца он выражает не только общепринятое мнение, но и то, что мы называем «духом», в частности философские или религиозные идеи, или, скорее, проистекающую из них установку.