Критика жизни человека. Рассказы Вельзевула своему внуку

Если брат, сестры и приходящие к нам соседские дети, для того, чтобы наловчиться ловить одной рукой мячик – конечно, правой рукой, как это обычно было для всех, раньше бросали его вверх – то я для такой же цели, прежде, хотя тоже правой рукой, очень сильно ударял мяч об пол и, когда он подскакивал в воздух, успевая делать сальто-мортале, ловил его только большим и средним пальцами, но уже непременно левой руки или, если все прочие дети с горки на саночках катились лицом вперед, я это делал, как тогда дети называли, – «задним-ходом», или еще, если нам детям давали разной формы так называемые «абаранские пряники», то обыкновенно все остальные дети, прежде чем положить в рот, предварительно облизывали их, очевидно с тем, чтобы выяснить себе вкус и продлить получаемое удовольствие, я же раньше каждый такой пряник со всех сторон нюхал, иногда даже прикладывал к уху и внимательно прислушивался и потом только, произнося про себя, хотя почти бессознательно, но очень серьезно «таки-таки-таки-надо, не-кушай-чего-не-надо» – и, издавая в рифму соответствующие звуки, один раз только придавливая их зубами и не смакуя, сразу проглатывал его и так далее, и так далее…

Первое событие, во время которого возникло во мне одно из двух упомянутых данных, сделавшихся «животворными-источниками» для питания и усовершенствования завета моей покойной бабушки, произошло как раз в том моем возрасте, когда я, превратившись из карапуза в так называемого «мальчишку-сорванца», начинал уже представлять из себя, как иногда говорят, «кандидата-на-молодого-человека-приятной-наружности-и-с-неопределенным-внутренним-содержанием».

Произошло это событие при следующей случайной, а может быть даже самой судьбой специально скомбинированной, обстановке.

Как-то на крыше соседнего дома в числе других, таких же как и я, «мальчишек-сорванцов», я ставил «силок» для ловли голубей.

Один из стоявших над моей головой и внимательно наблюдавших мальчиков сказал:

– По-моему, петлю из волос хвоста лошади следует располагать с таким расчетом, чтобы в нее не попал средний самый длинный палец голубя, потому что, как недавно объяснил нам наш учитель зоологии, у голубя во время движения в этом самом его пальце концентрируется вся имеющаяся в нем резервная сила и потому, если этот палец попадет в петлю, голубь конечно может легко разорвать ее.