Стать собой. Путь к самопознанию

Вот откуда взялся этот страх, и теперь ты заранее боишься, что если ты примешь себя, то будешь отвергнут всеми. Каждое общество, каждая культура, существовавшие до сих пор, ставят непреложным условием: либо ты принимаешь себя – и тебя отвергают все; либо ты отвергаешь себя – и получаешь всеобщее уважение, честь, респектабельность в обществе.

Выбор действительно трудный. Очевидно, что большинство выберет респектабельность, – но с респектабельностью приходят всевозможные тревоги, внутренняя тоска, чувство бессмысленности; и жизнь кажется похожей на пустыню, где ничто не растет, где никогда не зеленеет трава, где никогда не цветут цветы; где можно идти и идти без конца, но так и не встретить оазиса.

Мне вспомнился Лев Толстой. Толстой описывает сон, который снился ему многократно, – и который почти сто лет пытаются истолковать психоаналитики различных школ. Сон был очень странный – странный для всех, кроме меня. По-моему, для его толкования нужен не психоанализ, а простой здравый смысл. Сон часто повторялся на протяжении многих лет, странный кошмарный сон, – и каждый раз Толстой просыпался среди ночи в холодном поту, хотя в этом сне не было никакой опасности.

Но если понять бессмысленность этого сна… сон был страшен своей бессмысленностью, от бессмысленности же он превратился в кошмар. Этот сон символически изображает жизнь каждого, почти каждого человека. Ни одной школе психоанализа не удалось разгадать этот сон, – потому что ему нет ни параллелей, ни прецедентов.

Каждый раз сон повторялся в точности: бескрайняя пустыня, – сколько хватает глаз, пустыня без конца… и пара башмаков, в которых Толстой узнаёт свои собственные, – они идут и идут по пустыне.

Его самого нет… слышен только звук шагов на песке, звук башмаков, ступающих по песку; и звук продолжается и продолжается без конца, потому что пустыня бесконечна. Башмаки никогда никуда не приходят. Позади он видит уходящие на много миль следы; перед собой он видит башмаки, которые все идут и идут дальше.

На обычный взгляд, такой сон вряд ли покажется кошмарным.

Но если посмотреть немного глубже… Каждый день… каждую ночь один и тот же сон – о совершенной тщетности, о дороге в никуда. Кажется, нет никакого предназначения… и нет никого, чтобы ступать по песку – башмаки пусты.

Толстой рассказывал этот сон всем знаменитым в России психоаналитикам своего времени. И никто не мог разгадать его смысла, потому что ни в каких книгах не было описания сна, который был бы хоть немного похож на этот.