Ошо. Ключи к новой жизни. 9 книг

Переделай все то, что сделали с тобой полицейский, политик и священник, – и ты снова станешь творческим, снова испытаешь трепет, который испытывал с самого начала. Он по-прежнему ждет, подавленный. Он может развернуться. И когда в тебе разворачивается творческая энергия, ты религиозен. Для меня религиозный человек – это творческий человек. Каждый рождается творческим, но очень немногие люди остаются творческими.

Твоя задача – выйти из этой ловушки. Ты можешь. Конечно, тебе понадобится огромная храбрость, потому что когда ты начнешь переделывать все то, что сделало с тобой общество, ты потеряешь респектабельность.

Тебя не будут считать респектабельным. Ты начнешь казаться чудаком; люди будут считать тебя странным. Ты будешь немного чудным, люди подумают: «Что-то не в порядке с этим беднягой». Это величайшая храбрость – двигаться в жизнь, в которой люди будут считать тебя странным.

Естественно, тебе придется рискнуть. Если хочешь быть творческим, тебе придется рискнуть всем. Но это того стоит.

Малейшая искра творчества более ценна, чем целый мир и все его царство.

Будь готов учиться

«Дисциплина» – это прекрасное слово, но в прошлом его употребляли неправильно, как и многие другие прекрасные слова. Слово «дисциплина» происходит от того же корня, что и слово «ученик»[7 - Англ. disciple. – Прим. перев.]; коренное значение этого слова – «процесс учения». Тот, кто готов учиться, ученик, и процесс готовности учиться есть дисциплина.

Знающий человек никогда не готов учиться, потому что он думает, что уже знает; его центр тяжести находится в этом его так называемом знании.

Его знание есть не что иное, как питание для эго. Он не может быть учеником, он не может быть истинным учеником.

Сократ говорит: «Я знаю только одно: что я ничего не знаю». Это начало дисциплины. Когда ты ничего не знаешь, конечно, возникает великая жажда задавать вопросы, исследовать, искать. И в то мгновение, когда ты начинаешь познавать, неизбежно следует другой фактор: что бы ты ни познал, это постоянно отбрасывается, иначе это станет знанием, а знание помешает дальнейшему познаванию.

Настоящий человек дисциплины никогда не накапливает; в каждое мгновение он умирает для всего, что узнал, и снова становится невежественным. Это невежество – действительно сияющее. Я согласен с Дионисием, когда он называет невежество сияющим. Это один из самых красивых в существовании опытов – быть в состоянии сияющего невежества.