Тень

Ростовщик с болезненным стоном сел и потянулся к ящику в столе.

– Вот, пожалуйста, – сказал он, кидая на стол горсть серебра. – Дороговато, но что делать?! Здоровье важнее денег.

Рудницкий вытащил лупу и осмотрел одну из монет: фальшивые в основном отливали, а не чеканили, потому их легко было отличить по неточным деталям, случались небольшие углубления в местах, где металл не прилегал к форме.

– Я бы не стал вас обманывать, – отозвался Охлс с обидой в голосе.

– В течение последней недели мне уже дважды платили фальшивыми рублями, – сухо ответил алхимик.

– Вы правы, расплодилось мошенников, – признал ростовщик. – Но не для меня, я предпочитаю честную работу.

Алхимик с трудом удержался от комментария на тему честности – Охлс действовал ему на нервы – и, попрощавшись с хозяином, вышел в коридор. Высокий слуга открыл ему двери, которые сразу же за ним запер. Судя по всему, ростовщик не доверял своим собратьям.

Стеклянные плафоны газовых фонарей светились в ночном мраке, словно миниатюрные солнца, конкурирующие с полной Луной. Заметив алхимика, кучер спрыгнул с козел и ловким движением разложил складную лестницу. Рудницкий поблагодарил кивком и занял место в карете.

– В отель! – распорядился он.

Экипаж покатил по мостовой, но резко остановился, проехав едва ли несколько метров. Тихое проклятие и щелчок взводимого курка говорили о том, что причина неожиданной остановки вызвала у кучера подозрения.

– Что случилось? – выкрикнул алхимик.

– Мне кажется, к вам гостья, – ответил кучер.

Рудницкий вышел из кареты: кучер держал на мушке одетую в черное женщину. Лицо незнакомки прикрывала вуаль.

– Чем могу помочь? – любезно спросил Рудницкий.

– Разговором. Возможно, советом.

– Сейчас? В такое время? Почти одиннадцать вечера.

– Если бы дело не было срочным, я бы не морочила вам голову. Я жду тут целый час.

– Одна?! Это небезопасный район.

– Я не безоружна, а недалеко отсюда меня ждет карета. До того как мы доедем до вашего отеля, я успею изложить свою проблему, естественно, я заплачу за ваше время.

– Ну хорошо, прошу в карету, – после недолгого размышления решился Рудницкий, сдержанным жестом останавливая кучера.

Это был один из людей Анквича, и он не только служил кучером, но и заботился о безопасности алхимика.