К Свету в себе

Но больше всего времени уделяли работе с камнями и кристаллами, так как каждый лемуриец чувствовал к этим Божественным созданиям особую нежную любовь и удивительную привязанность, близкое необычное родство. Наверное, это чувство близости заложено у лемурийцев в крови».

Удивительно, но я почувствовала, что лемурийцы могли общаться на расстоянии, можно сказать, телепатически. Они это могли делать не только между собой, но и с другими дружественными цивилизациями Вселенной, с различными представителями Высших измерений.

Я увидела образ, как на тонком плане все они были связаны между собой особенной сияющей нитью, которая переплеталась и превращалась в сеть, по которой, как по проводам, поступала необходимая информация, и получалось общение. «Просто восхитительно!» – удивило меня это видение.

К сожалению, подобный дар имели не все лемурийцы, а лишь Хранители, жрецы, что открылись истинному смыслу жизни и занимались духовным развитием.

Большинство же жителей Лемурии жили обычной бытовой и приземлённой, можно сказать, материальной жизнью, потеряв все свои тонкие способности и высокую чувствительность. Они забыли опыт своих предков, упали вибрационно «вниз» и не стремились «наверх», к своему Свету и Душе. Видеть это было очень прискорбно…

Для меня всё казалось невероятным и удивительным, так как я никогда в жизни не испытывала подобное и даже не могла себе представить, что можно вот так путешествовать в свои иные воплощения.

Самым поразительным в этом путешествии для меня было то, что я чувствовала себя одновременно и мужчиной и женщиной, ощущала в себе два полноценных сознания, находилась в двух жизнях и телах: в своём нынешнем воплощении и в прошлом.

«Это воплощение было точно моё, это тоже я, и ошибки в этом быть не может! – это осознание изумляло и потрясало меня. – Две жизни, два сознания, два тела как будто накладывались друг на друга».

Зак – это я! Хоть я и видела этого мужчину в первый раз в жизни, и ничего до этого о нём не знала, но изнутри сейчас чувствовала абсолютно всё, что чувствовал он; видела все его воспоминания, как свои; наблюдала все его мысли, знала все его желания, ощущала все его самые разнообразные эмоции и даже радовалась и страдала вместе с ним. Его внутренний мир, как огромная и толстая книга, для меня был полностью открыт, так как был также и моим.