Тим

 – Тут, прикинь, какие-то обдолбыши все ломают вокруг! Ой, мамочки, сколько их! А вон те, Лен, – мы их видели недавно, они же нормальные были!.. Что это с ними?

– Какая, нахер, разница? – услышал я Лену. – Валим!

– Да куда валить? Они везде…

– А Ваня куда делся? Он же…

Конец фразы я не разобрал, его заглушил рев. Орали люди – большая толпа. Рев был таким бешеным, неистовым, первобытным, что у меня по спине пробежал холодок, а в груди сжалось.

– Валя! – снова позвал я.

Что-то стукнуло прямо по динамику, хрустнуло.

Видимо, Валя уронила телефон на асфальт. Кто-то кричал, визжал, топал и горланил, мешанина звуков врывалась мне в ухо. А потом я услыхал улюлюканье Орды Буйных – звук, который позже снился мне в самых тяжких ночных кошмарах.

Связь прервалась. Я набрал номер Вали, но равнодушный голос автомата сообщил, что абонент “отключен или находится вне зоны покрытия сети”.

В ту ночь я, как и большинство людей, не осознал масштаб происходящего. Мы не знали, что мир – весь мир – захлестнула Первая Волна Апокалипсиса.

О Волнах гораздо позже я узнал из радиопередачи самоотверженного ведущего, который выходил в эфир каждый вечер в течение двух месяцев после Третьей Волны. А потом и он пропал без вести.

На улице бешено засигналили машины, и я выглянул в окно. Наша квартира находилась на десятом этаже. Внизу протянулась светящаяся змея – автомобили стояли в пробке. Между ними сновали быстрые тени. Вдруг взревела толпа, раздались удары и звон бьющегося стекла в авто, окнах домов и витринах.

Вдали, в темноте, полыхало: горело с десяток зданий.

Чуть позже, когда ко мне в спальню заглянули встревоженные родители, в центре города загрохотали выстрелы.

***

…Я вздрогнул, когда машина наехала на ухаб. Сильно задумался и не заметил кочки – вспомнились подробности начала Первой Волны.

С тех пор всего полгода прошло, а будто несколько лет пролетело. Даже тот день, когда я навсегда покинул дом, пообещав родителям спасти их, казался чем-то далеким и полузабытым.

Время вообще стало восприниматься странно.

Словно я застрял где-то в безвременье, и до любого события в прошлом мне одинаково далеко. Несколько дней назад я выбрался с ТЭС и с того момента еду и еду куда-то…

Вроде на юг, но куда именно? Юг большой.

Течение времени воспринималось постольку, поскольку менялась погода. Дни становились теплее, птички пели веселее, задорнее, им-то на конец света насрать да размазать. Это не для птиц, а для людей наступил лютый пипец.