Литература для нервных

Этот процесс мало кому приходит в голову отслеживать, но он происходит.

Приращение, прибавление личного опыта за счет эстетического восприятия воспринимается как чудо. По меньшей мере странно: ты сидишь с книгой в руках в своей комнате, и вдруг тебе начинает казаться, что ты в Африке или на Севере, становится холодно или жарко, ты чувствуешь запахи, хотя пахнуть здесь нечему, ежишься от порыва ветра при закрытом окне. Но в этом-то и назначение искусства – создать для читателя вторую реальность, параллельную обыденной, расширить границы его личности, научить его быть не только самим собой, но и любым из множества других людей: ведь, читая, мы невольно отождествляем себя с тем или иным литературным героем.

Чтобы создать произведение искусства, требуются способности (одаренность, талант, гениальность) и мастерство. Способности в любой степени проявляются в том, что художник, писатель, будучи отдельным человеком и описывая, казалось бы, только то, что касается лично его, высказывается за многих или даже за всех.

Возьмем простой пример – хрестоматийное произведение Александра Сергеевича Пушкина. У него нет названия, и оно везде публикуется по первой строке, инци?питу (этот термин не входит в программу, но лучше его запомнить, т. к. неозаглавленных произведений в поэзии много):

Я вас любил: любовь еще, быть может,

В душе моей угасла не совсем;

Но пусть она вас больше не тревожит;

Я не хочу печалить вас ничем.

Я вас любил безмолвно, безнадежно,

То робостью, то ревностью томим;

Я вас любил так искренно, так нежно,

Как дай вам Бог любимой быть другим.

Читатель может лишь догадываться, что перед ним итог непростых и, вероятно, продолжительных личных отношений. Ни о них, ни о возлюбленной лирического героя мы не знаем ничего. Употреблена форма прошедшего времени «любил», но тут же сделана оговорка: «быть может…» – и ясно, что любовь никуда не ушла, но страдания, связанные с нею, в дальнейшем взяты любящим на себя одного.

Он принимает горечь расставания, а ее отпускает, желая счастья.

Автор недаром использует столько повторов (повторений одного и того же слова в той же грамматической форме). Ключевая формула «Я вас любил» – анафора (повтор в начале симметричных отрезков речи) – дана трижды, в словах «безмолвно, безнадежно» одна и та же приставка, удваиваются «то» и «так». Но здесь не только повтор как прием, который Пушкин часто использовал.