Враг из тьмы. Мистический триллер

Валов пригласил нас присаживаться, а сам достал пульт и включил проектор. На экране проявилась таблица со списком жертв и датами их появлений на улицах.

Я с интересом прочитал:

Павел Дробышев – 15 сентября.

Свиридова Лариса – 4 октября.

Кузнецов Максим – 12 октября.

Аистова Людмила – 17 октября.

Грушко Аркадий – 20 октября.

Диц Виктория – 22 октября.

Жертва??? – 23 октября.

Лира, которая тоже впилась в экран жадным взглядом, спросила:

– Кто этот Павел Дробышев? Где его нашли?

– Понимаю, – Валов удовлетворенно кивнул.

 – Дата его появления не совпадает с последовательностью Фибоначчи. Между ним и Свиридовой – девятнадцать дней разницы, а должно быть тринадцать.

Лира кивнула. Я, скрипя мозгами, подсчитал: действительно девятнадцать дней…

– Видимо, Дробышев – первая жертва Слепителя, – сказал Валов, стоя сбоку от экрана, – тогда маньяк еще не определился со всеми этими закономерностями. А это значит… Что это значит? – спросил он, будто учитель на уроке.

Я выжидающе глянул на Лиру, но она выглядела такой же растерянной, как и я.

По мясистому лицу Валова скользнуло разочарование.

– Это значит, что Слепитель не шлет посланий, – пояснил он, – и что математическая последовательность пришла ему в голову по ходу дела, так сказать.

– Точно! – вырвалось у меня.

– Или же это тоже что-то значит, – продолжил Валов. – Подумайте, Лира, и вы, Евгений. Что касается вашего вопроса, Лира, то Дробышева нашли в районе металлургического завода, глазные яблоки уже были удалены и довольно неаккуратно… Он чудом не погиб от потери крови и болевого шока.

Вероятно, ему помогло то, что перед тем, как попасть в лапы Слепителя, он хорошенько принял на грудь… Он даже не помнит самого нападения.

– Сколько ему лет? – спросил я, вспомнив Викторию Диц, которой было лет тридцать.

– Тридцать девять, – ответил Валов. – Всю жизнь проработал художником. Представляете, какой для него стресс – потерять зрение?

Я представлял.

В сумраке комнаты повисла пауза.

Экран со списком несчастных жертв светился белым квадратом.

– Если этот разрыв между Дробышевым и Свиридовой что-то значит, – медленно заговорила Лира, не отрываясь от экрана, – то здесь может скрываться другая закономерность… Но выявить ее на основе только дат нападений невозможно… Вот если бы поговорить с жертвами…

Валов расцвел в улыбке:

– Вам представится такая возможность! Завтра же я пришлю за вами машину, и вас прокатят по всем адресам и больницам.