Адепт

 – Помахал у него перед носом бумагами, что дают полномочия проводить расследование в гарнизоне, и уговорил, что это также касается и входа в анклав. Большинство солдат едва умеют читать и писать. – Он пожал плечами.

– Так что тебе нужен предлог? – задумчиво спросил Рудницкий.

– Естественно. Хороший предлог, – заявил Самарин.

– Он есть у меня. Гильдия попросила меня выяснить, каким образом создания из анклава преодолели барьер. Официально. Так что я вынужден отправиться на прогулку… Собственно, искал какого-нибудь офицера, который бы составил мне компанию.

– Распоряжение в письменном виде? – быстро спросил Самарин.

– А как же! Все военные и гражданские власти должны оказывать мне помощь под страхом суровых наказаний. Ты уже достаточно напуган?

– Трясусь как осиновый лист! – заверил его россиянин. – Когда отправляемся?

– Ты решаешь, я только пассажир.

– В таком случае встречаемся через два часа возле ворот Саска.

– Берегите себя, мальчики, – попросила дрожащим голосом княгиня.

– Ничего с ними не случится, – заверил ее Черский. – Господин Рудницкий – счастливчик, это самое важное. Он присмотрит за твоим оболтусом.

– Присмотрю, – пообещал алхимик.

Как он ни старался, в его голосе не прозвучало уверенности, это же анклав…

Глава V

Фары разрезали мрак, словно ножницы черный бархат, извлекая из тьмы силуэты зданий и клочки клубящегося тумана. Самарин решил не дожидаться утра. Впереди ехал автомобиль с мощными электрическими прожекторами, за ним шли в боевом порядке солдаты – два элитных взвода Кексгольмского пехотного полка под командованием капитана Варецкого.

Несмотря на то что Рудницкий находился в центре колонны, он вздрагивал от каждого громкого звука. Ночь была не лучшим временем, чтобы наведываться в анклав…

Идущий впереди разведчик поднял руку, и через мгновение свет одного прожектора направили на мостовую.

– Гильзы и кровь, – громко доложил он.

Рудницкий тяжело вздохнул, когда Самарин позвал его энергичным жестом. Солдаты молча расступались перед алхимиком, воспринимая его так, словно он был офицером. Кто-то, скорее всего Варецкий, распустил слухи о его подвиге на Пекарской и предыдущих вылазках в анклав. Благоразумно опуская навыки стрельбы алхимика.

– Что думаешь? – спросил Самарин.

– Я не эксперт, – попытался отмахнуться Рудницкий.