Око настоящего возрождения в пошаговых фотографиях. Все упражнения в одной книге

Я разбрасывал свою силу направо и налево, ввязываясь в какое-то пустое времяпрепровождение, в ненужные разговоры и споры, в отношения, которые ничего мне не давали, а лишь истощали. Я суетился, гнался за какими-то мечтами, которые в итоге оказывались иллюзиями. И к чему я пришел? К опустошению, к краху. К ощущению, что я вовсе не хозяин своей жизни.

Если хочешь помогать слабым, надо сперва стать сильным

– Как научиться держать свою силу? – спросил я, обдумав слова Чена.

Лама одобрительно кивнул головой.

– Ты освоил первое упражнение, – сказал он. – Значит, ты почувствовал энергию и придал ей импульс. Ты стал сильнее. Но твоя сила по-прежнему будет выплескиваться наружу, если ты не стабилизируешь ее внутри себя. Этому способствует второе упражнение. Но прежде чем приступить к нему, тебе нужно научиться оставаться в уединении.

– Но мне кажется, я это умею, – пробормотал я, вспомнив свои недавние одинокие вечера в китайской гостинице.

– Только кажется, – улыбнулся Чен. – Если ты один в своей комнате, это еще не значит, что ты в уединении. Большинство людей в такой ситуации продолжают взаимодействовать с миром и отдавать ему силу. Даже в одиночестве ты продолжаешь взаимоотношения. Ты продолжаешь общаться даже с теми людьми, с которыми судьба тебя давным-давно развела.

Это было правдой. Физически я мог быть один, но в мыслях никогда не оставался в уединении.

– Но что плохого в общении? – все же спросил я.

– В общении нет ничего плохого, – сказал Чен. – Общение может быть величайшим благом. Но оно же может стать и величайшим наказанием – если в твоей жизни нет ничего, кроме общения. Если, даже оставшись один, ты не можешь находиться в уединении. Если, по сути дела, ты оказываешься не способным к самому главному общению в своей жизни – к общению с самим собой.

Я все-таки не понимал, в чем отличие сосредоточенности на себе от эгоизма.

– Представь кувшин, из которого выпили всю воду. Чтобы утолить еще чью-то жажду, кувшин сначала должен наполниться снова. А теперь представь, что этот кувшин стал живым, научился говорить, и заявляет: «Но это будет эгоистично с моей стороны – если я потрачу время на то, чтобы наполняться. Я должен отдавать и только отдавать!» Как ты думаешь, какова будет участь такого кувшина? Она, несомненно, будет плачевной.