Творчество вечной жизни. Вторая редакция

Многие современные эзотерики совершают практики на этом священном месте, люди со всего мира съезжаются сюда для того, чтобы почувствовать мощную энергетику этой удивительной горы.

Живя в Америке, Йоги Рамаях каждый год организовывал группу для паломничества на гору Шаста, обычно во время такого паломничества он также организовывал семинар по медитации крийя-йоги. В тот раз, о котором мне рассказывал мой американский друг, группа из десяти человек расположилась в живописной местности под горой.

Неожиданно для всех присутствующих Йоги Рамаях дал указание практиковать медитацию крийя-йоги без него.

Пройдя около километра, Йоги Рамаях нашёл удобное место, постелил на землю белую подстилку, сел в позу лотоса, закрыл глаза и вошёл в медитацию. Мой друг спрятался за деревом и начал наблюдать, понимая, что не может пошевелиться, чтобы не выдать своё присутствие.

Наблюдая за Йоги Рамаяхом, мой друг начал скучать и уже пожалел, что решил тайком проследить за учителем. Вдруг вокруг Йоги Рамаяха появилось яркое свечение, которое быстро приняло форму светящегося шара, так что Рамаях оказался сидящим внутри этого светящегося энергетического шара.

Ученик наблюдал это удивительное зрелище в течение целого часа. Точно такой же случай описывал мне ещё один американский ученик, который также видел, как во время медитации вокруг Йоги Рамаяха появлялся светящийся шар.

Вдохновлённый этими рассказами, я создал несколько небольших картин масляными красками, на которых было изображено, как Йоги Рамаях сидит в медитативной позе, а вокруг него – светящийся энергетический шар.

Я привёз картины с собой в Индию и показал их Йоги Рамаяху, мне было интересно узнать его мнение. Он долго смотрел на мои картины, его лицо выражало полное безразличие, я немного напрягся и пожалел, что показал ему картины.

Наконец Йоги Рамаях сказал, что забирает картины себе, приказал отнести их в дальнюю комнату и положить в большой металлический шкаф. Естественно, я был вне себя от счастья. Он отказался прокомментировать картины, но то, что он забрал их себе, было для меня выше всякой похвалы.

Спустя несколько лет, приехав в ашрам, я спросил одного из американцев, которого звали Шанмугам, не знает ли он про мои картины, где они и что с ними случилось.