Губернатор

Несколько, максимум чуть больше десятка метров. Это зависит от силы адепта, который их создал, а я не слышала ни об одном магистре магии, действующем в Петербурге.

– Возможно, он маскируется?

– Сомневаюсь. Скорее всего, это какой-то слабак, который, правда, прошел инициацию в библиотеке. Возможно, даже получил указания от более сильного мага, благодаря чему и смог создать сигилы, но это пик его возможностей. Помни, что это должна быть особа из близкого окружения царя, постоянно находящаяся при дворе. Кто-то, у кого нет времени ни на копание в анклаве, ни на магическую тренировку.

– Проблема в том, что мало кто верит в мою теорию…

– Я знаю один ритуал, который точно позволит тебе найти и уничтожить символы, но мне нужно к тебе приехать.

– Но ты говорила, что их никто, кроме создателя, не может видеть.

– Потому что это так! Однако ты – это совсем другое. Твой глаз был заражен кровью Проклятого, благодаря этому ты видишь больше, чем другие. Забыл? Я могу сделать его еще более восприимчивым.

– Я не знаю, смогу ли получить для тебя приглашение…

– А это уже не моя проблема, – холодно ответила Анастасия.

Рудницкий коротко попрощался с девушкой и положил трубку.

– Ваше Величество, я бы хотел…

– Кто эта особа, с которой вы разговаривали? – резко спросил царь.

Выражение лица монарха не нуждалось в переводчике, и так было понятно, о чем идет речь.

– Это моя… кузина.

– Вы действительно являетесь кровным родственником княгини Самариной?

Рудницкий беспомощно вздохнул: сплетни, распущенные Марией Павловной, охватывали все более широкие круги.

– Сомневаюсь, – искренне признал он. – Хотя нас связывают определенные отношения. Княгиня знала моего отца, поэтому воспринимает меня как кого-то близкого, – добавил он. – Сходство наших гербов привело к тому, что сначала генерал Самарин, а потом и Мария Павловна решили представить меня как кровного родственника.

– А ваша кузина?

– Я не хотел бы продолжать эту тему.

– Однако вам придется продолжить, – возразил царь.

Алхимик неохотно кивнул – в конце концов, он сам настаивал на осторожности.

– Ее кровное родство со мной такое же фальшивое, как и мое с семьей Самариных, – сказал он через минуту. – Я нашел ее, раненую, в анклаве, когда мы искали уцелевших из группы, которая ушла туда с советником Брагимовым. Оказалось, что она хороший маг, несколько раз спасала мне жизнь.