Научись быть экстрасенсом. #Магия чистого сознания

Он задал вопрос еще раз:

– Что ВИДИШЬ, кроме ям?

– Ямы, землю, землю, перекопанное поле…

Дед не унимался:

– Что зришь за ямами и землей?

И тут я, вглядываясь в перекопанную землю, увидел друзей, подруг, школу, маму и папу, о которых думал часто! А в том углу поля, где я заканчивал зарывать последнюю яму и начинал все заново, видел злого себя, злого на всех и на вся! Себя – копающего, себя – вечером, себя – днем, себя – голодного и уставшего! И это не память! Это образы ям, образы, созданные мной во время копания, перемешанные с землей мои мысли и думы.

И тогда я ответил:

– Вижу себя, вижу мысли, вижу образы того, о чем думал во время копания. Вижу не ямы, но себя, копающего ямы.

И тут на его лице впервые появилась улыбка, искренняя и непосредственная. И он обрадовался, будто все это время копал вместе со мной и теперь работа завершена:

– Молодец. Долго, но молодец! Идем за мной!

Мы подошли к уже знакомой двери. И дед снова спросил, что я вижу.

Мне удалось подавить легкий ступор и панику от того, что нужно ответить что-то адекватное и не размазать эффект от верного ответа про ямы.

Старик указал, на солнце:

– А там?

– Вижу солнце, свет, лучи, тепло, жизнь, радость, вижу младенчество, когда радовался солнцу, вижу, будто оно улыбается в ответ, будто живое! Вижу, что оно живое!

И в этот момент меня охватило состояние осознания, практически осязания всего, что находится в поле моего зрения, – это все живое, имеющее память и историю, имеющее образы и состояния.

Я начал смотреть вокруг широко раскрытыми глазами и видеть не предметы, но их образы, пространство – их мир, их жизнь, то, чем они являются на самом деле, а не какими мы видим их обычным зрением.

Мой взгляд упал на ямы: насколько же я их сработал безобразно, поэтому получились не ямы, а груды земли, смешанной с моими мыслями и эмоциями.

В последнюю очередь я обратил внимание на первую яму, сделанную дедом, и понял ее! И почувствовал, что от нее исходило столько любви и тепла, столько бережности и нежности, что она светилась неким легким золотым отблеском! Это было мое первое видение эфирного следа, живого вещества, которое есть у всего, что сделано с любовью в сердце (у людей тоже есть эфир: кого любят больше, у тех он больше, кого меньше, у тех меньше, но об этом позже).