Очаровательная девушка

Мы отправились, предшествуемые Агнес. Комната была чудесная, старинная – тоже с дубовыми балками, с оконными стеклами ромбической формы, и сюда тоже вела лестница с широкими перилами.

Не могу вспомнить, где и когда, в детстве, я видел в церкви окно с цветными стеклами. Не помню я и сцен, изображенных на витраже. Но знаю, что, когда я увидел Агнес, поджидавшую нас наверху в полумраке старинной лестницы, я подумал об этом окне; и знаю еще, что с той поры я всегда связывал его мягкий и чистый свет с Агнес Уикфилд».

Дэвид и Агнес стали лучшими друзьями. Она дарила ему утешение, понимание, истинную симпатию и верную дружбу. «Казалось мне, что в любви, в радости и печали, в надежде и разочаровании – словом, во власти любого чувства – сердце мое невольно обращается к ней и там находит свое пристанище и лучшего друга».

Агнес всегда оказывала священное, умиротворяющее влияние на Дэвида. В сложные и напряженные моменты жизни он вспоминал о ней: «И вот, когда я писал Агнес, сидя у открытого окна в чудесный вечер, и вспомнил ее ясные, спокойные глаза и кроткое лицо, при этом воспоминании такой мир и покой снизошли на мою смятенную и взволнованную душу, – а в этих треволнениях я жил последнее время и с ними отчасти было связано мое счастье, – что я расплакался».

Но, хотя он знал Агнес с детства и поклонялся ей с самого первого взгляда, хотя он понимал, что только она может подарить ему чувство истинной симпатии и дружбы, – Дэвид безумно влюбился не в нее, а в Дору.

Дора

Дора символизирует Человеческую сторону нашего идеала, ту сторону, которая очаровывает, захватывает и вызывает в мужском сердце пронзительную нежность и желание защищать и оберегать. Вот что ощутил Дэвид:

«Это была фея, сильфида, не знаю кто – то, чего никто никогда не видел и о чем все мечтают. […] У нее был невыразимо нежный детский голосок, заразительный детский смех, милые, очаровательные детские ужимки, и от всего этого юноша мог потерять голову и стать ее рабом.

И вся она была так миниатюрна! […] она была слишком восхитительна. Видя, как она прижимает цветы к милому подбородку с ямочкой, я терял все присутствие духа и дар речи, погружаясь в неумеренный восторг».

Детское поведение, милые шалости и капризы, детская доверчивость, абсолютная зависимость от других делали Дору безумно привлекательной для рыцарского сердца Дэвида.