Анастасия. Энергия твоего рода. Том I

Я подумал: «Может быть, старики хотят получить с меня деньги за этот, как они считают сами, необычный кедр?» И я стал объяснять им, что на «Большой земле», чтобы понравиться, женщины носят ювелирные изделия из золота и серебра и за какую-то деревяшку денег платить не будут, потому и я не пойду ни на какие расходы.

– Носят, не зная, – последовал ответ. – Золото – прах по сравнению с одним кусочком этого кедра, но денег нам за него никаких не нужно, мы ещё можем грибов сушёных вам дать, а нам ничего не нужно…

Я не стал спорить из уважения к старости:

– Ну, может быть, кто-то и станет носить кусочек вашего кедра… Станет носить, если великий мастер резьбы приложит руку и сотворит нечто необычно красивое…

На это старик ответил:

– Можно вырезать, но лучше шлифовать.

При этом старик помоложе торопливо расстегнул свою старенькую куртку, потом рубашку и показал то, что было у него на груди.

Я не ценитель произведений искусства, и хотя бывать в картинных галереях мне приходилось, особенных эмоций мировые шедевры у меня не вызывали. Но то, что висело на груди у этого старика, вызвало чувств и эмоций значительно больше, чем посещение Третьяковской галереи.

Я спросил:

– Сколько же лет вы шлифовали свой кусочек кедра?

– Девяносто три, – ответил старик.

– А сколько вам лет?

– Сто девятнадцать.

Тогда я не поверил ответу. Выглядел старик лет на семьдесят пять. Не почувствовав моих сомнений или не обратив на них внимания, старик, немного волнуясь, стал убеждать меня в том, что и у других он, кусочек кедра, отшлифованный только самим человеком, тоже будет красивым уже через три года. Потом всё лучше и лучше, особенно у женщин. От тела его обладателя будет исходить приятный, благодатный аромат, не сравнимый ни с чем, искусственно сотворённым человеком!

От стариков действительно исходил очень приятный запах, я ощущал его, несмотря на то что курю и, наверное, как у всех курильщиков, моё обоняние притуплено.

И ещё одна странность была в стариках…

Я вдруг стал отмечать в речи незнакомцев фразы, не свойственные жителям отдалённой глубинки Севера. Отдельные помню и сейчас, даже с интонациями.